Ничто не вечно

А кроме того, доктор Аллисон бьш твердо убежден, что, если уж женщины идут в медицину, они должны работать только медсестрами. Если это вполне устраивало Флоренс Найтингейл, то должно устраивать и остальных женщин.

На следующее утро в шесть часов ординаторы собрались в коридоре в ожидании начала обхода. Группа состояла из доктора Аллисона, его главного помощника Тома Бенсона и пяти ординаторов, включая Хони Тафт.

Наблюдая за Хони, доктор Аллисон подумал: «Отлично, сестренка, сейчас мы выясним, на что ты способна».

– Приступим.

Первым пациентом в палате номер один оказалась молоденькая девушка. Она лежала на кровати, укрытая теплыми одеялами, и спала.

– Очень хорошо, – начал доктор Аллисон, – а теперь все посмотрите ее медицинскую карту.

Ординаторы принялись изучать медицинскую карту больной, а доктор Аллисон обратился к Хони:

– У пациентки лихорадка, озноб, общее недомогание и отсутствие аппетита. Температура, кашель и пневмония. Каков будет ваш диагноз, доктор Тафт?

Хони молчала, нахмурившись.

– Итак?

– Ну-у, – задумчиво начала Хони, – я бы сказала, что у нее, возможно, пситтакоз… попугайная болезнь.

Доктор Аллисон удивленно посмотрел на нее:

– Почему… почему вы так решили?

– Симптомы типичны для пситтакоза, а еще я обратила внимание в карте, что она работает неполный рабочий день продавщицей в зоомагазине. Пситтакоз передается от больных попугаев.

Аллисон медленно кивнул.

– Так… очень хорошо. Вы знаете, какое необходимо лечение?

– Да. Тетрациклин в течение десяти дней, строгий постельный режим, пить много жидкости.

Доктор Аллисон повернулся к остальным ординаторам:

– Все слышали? Доктор Тафт абсолютно права.

И они перешли к следующему пациенту.

Доктор Аллисон обратился к ординаторам:

– Если посмотрите его медицинскую карту, то обнаружите следующие симптомы: воспаление мезотелия[9], кровотечение и усталость. Каков ваш диагноз?

Кто-то из ординаторов предположил:

– Похоже на одну из форм пневмонии.

– Возможен и рак, – высказал свое мнение его коллега.

Доктор Аллисон повернулся к Хони:

– А вы что думаете, доктор?

Хони вновь приняла задумчивый вид.

– На первый взгляд я бы предположила фиброзный пневмокониоз, форма асбестового отравления. В его карте говорится, что он работает на ковровой фабрике.

Доктор Аллисон не смог сдержать своего восхищения.

– Превосходно! Превосходно! Может быть, знаете и лечение?

– К сожалению, специального лечения пока не существует.

Дальше пошло еще интереснее.