Нянька из другого мира (СИ)

Высокий пост не дает им права оскорблять меня и моих дочерей.

Дон Дино поспешно кивнул, соглашаясь со всем, что сказал магистр. При этом он не переставал таращиться на пару и даже покашлял, как бы намекая на недозволительное поведение. Магистру ордена Золотой лилии не по чину валяться в грязи как какому-нибудь пастуху.

— Что с вами стряслось? — дон Дино все же решился задать этот вопрос. — На вас напали? Вы выглядите так…

Капеллан сделал неопределенный жест рукой, но так и не нашел подходящего слова.

— Мы с доньей Ярославой всего лишь прогуливались, — спокойно пояснил магистр, помогая напарнице по шалостям подняться.

Делал он это с явным сожалением — на самом деле он бы предпочел еще немного побыть здесь — грязным, мокрым, но донельзя счастливым. Не магистром именитого ордена и главой рода, а обычным мужчиной, не на шутку заинтересованным сногсшибательной (иногда в прямом смысле слова) донной. — Не обращайте внимания на наш вид, это мелочи.

Капеллан усердно покивал, отчего его второй подбородок мелко задрожал.

Слава спрятала улыбку за серьезным выражением лица, хотя удерживать последнее было ой как непросто. Попробуй-ка притвориться строгой няней, когда твое платье, башмаки и волосы покрыты грязью. Спина и пятая точка помнят тепло тела магистра, а сердце колотится как бешеное.

Нога больше не болела, но магистр все же предпочел поддерживать Славу под локоток. Она не сопротивлялась, хотя вполне могла идти самостоятельно. Рядом с таким сильным, уверенным мужчиной Слава могла позволить себе совсем немного побыть слабой.

Хрупкой и нежной девушкой, а не воином.

Добравшись до дома и изрядно напугав слуг внешним видом, Слава и магистр отправились переодеваться. Гротецианская грязь оказалась липкой и плохо смывающейся, зато, похоже, целебной. По крайней мере, лицо Славы приобрело необыкновенное сияние после такой «увлажняющей маски». Или все дело во внимании, оказанном Дрэго? Как бы то ни было, когда Слава появилась в каминном зале, где беседовали магистр и капеллан, разговор оборвался на полуслове.

Две пары глаз с узкими зрачками замерли, рассматривая няню. В пышном бледно-лиловом платье, с уложенными короной волосами и с яблочным румянцем на щеках, без малейшего следа серил, которыми так любили пользоваться модницы Гротеции, Слава выглядела очаровательно. Дрэго нервно сглотнул, отметив горделивую посадку ее головы и непринужденную позу. Никакого кокетства, ни намека на игривость, но в то же время столько шарма и грации — грех не засмотреться.