Нежное безумие

– Теперь у меня два милых прозвища. Мне принести браслеты дружбы, Пи?

– Если только они будут розовые. В желтых мои запястья выглядят толстыми.

Я флиртую с ней. Пожалуй, я заслужил все то дерьмо в моей жизни.

Надеюсь, что Виа не умерла, иначе ее призрак будет преследовать меня всю жизнь, пока я не попаду в ад за флирт с Дарьей. Но где бы сейчас ни была Виа – она не здесь. И может, я все еще злюсь на Дарью, но мой гнев по отношению к сестре тоже свеж.

– Чего ты хочешь? – сплевываю я в раковину.

– Ты дважды видел меня обнаженной.

"– Ты собираешься рассказать папочке, что я вел себя неприемлемо? – смеюсь я, прикусывая нижнюю губу.

– А ты собираешься рассказать папочке, что я три раза в неделю закрываюсь с директором в кабинете и мы занимаемся Маркс знает чем?

Понимаю, что она делает – пытается сказать, что у нас у обоих есть компромат друг на друга. Она дает мне власть, от которой я не могу отказаться.

– Я не старый и обвисший. Будет ли это проблемой?

– Конечно. Проваливай из моей ванны, – смеется она, но нервничает.

Я снимаю футболку, оголяя тело. Пресс у меня с заметными шестью кубиками, загорелый и впечатляющий косыми мышцами внизу, которые сводят с ума девушек. И дорожка светло-каштановых волос, скрывающаяся в шортах. Я вижу, как она смотрит на меня. У меня такой стояк, что мозг отказывается функционировать. Вся кровь прилила к члену, который настолько тверд, что может лопнуть от одного ее взгляда.

Так вот каково это, сдохнуть от перевозбуждения. Мой некролог будет постыдным, если кто-то решится написать его.

– Это все хорошо и красиво, но шорты все еще на тебе. – Она облизывает губы, снимает резинку для волос, распуская хвост, бросает ее в раковину. Она трясет головой, и волосы становятся объемными и сексуальными.

Я стягиваю шорты и быстро снимаю носки, так как нет ничего более жалкого, чем обнаженный мужчина в носках. Я стою словно каменная статуя, мой член тоже.

Она стоит напротив меня и долгое время ничего не произносит.