Нежное безумие

Я не горжусь этим, но гордость ничто, когда дело касается любви. Любви. Маркс. Я не использую слово на букву Л просто так. Я никогда не использую это слово в рассказах о пицце, шоколаде или «Ривердейле». Мне нравятся эти вещи. Любовь… я берегу его для чего-то более важного.

Но я безнадежно, катастрофически люблю Пенна Скалли.

Именно поэтому я не могу ненавидеть его сестру. Во всю силу, по крайней мере. Она его часть, а у него мое сердце.

– Позволь мне все объяснить. – Я бросаюсь к нему, кладя руки на грудь. Это движение инстинктивно, но он отталкивает мои руки.

– Не надо никаких объяснений. Просто хочу дать тебе личное пространство, ты же любишь рыдать как тряпка.

Во рту пересохло, дыхание сбилось. Мое сердце пытается вырваться из груди – оно хочет к Пенну. А я? А я просто хочу заставить его понять, что Причард и я не те, кем он нас считает. Но вдруг откуда-то пришло озарение…

Виа.

Виа сделала это. Виа уничтожила все. Снова. Кровь вскипает в венах. Я знаю, что он несправедлив ко мне, не дав ни единого шанса на объяснение.

– Но Пенн, Причард и я…

Он, грубо перебил меня:

– Ты оглохла? Мне по фигу. Дело совсем не в Причарде.

– Тогда расскажи мне в чем…

– Все ради Харпер, ясно? – кричит он, пиная диван. – Я никогда не оставлю Адди. Особенно ради твоей испорченной задницы. Она поедет со мной в колледж. Прояви немного самоуважения и прекрати все это.

Он разворачивается и уходит, толкая дверь со всей силы. Я кусаю нижнюю губу, пытаясь не заплакать и справиться с его грубыми словами.

У Пенна есть дочь.

Он говорил мне, что они с Адди не те, кем я их считала, но он лгал, чтобы получить то, что хочет.

Он залез в мой дом, в мои трусики, а затем и в мое сердце, скармливая мне ложь, которую я сама желала слышать.

Дверь открылась, и я повернулась, ожидая увидеть Пенна. Молясь, что он войдет сюда и скажет, что это все тупая шутка.

Это Воун.

Когда он встречает мои глаза, полные слез, отводит взгляд, будто увидел что-то неприличное.

– Ты знал? – шепчу я.

Он медленно входит в комнату, одетый во все черное – подросток Люцифер, созданный для страданий и крови.

– Что он собирается расстаться со мной? – объясняю я. – Что он играл со мной?

– Нет и нет. Все, что я знал, что тебе надо немного личного пространства. Того, которого вы меня лишили прошлой ночью. – Он недвусмысленно поднимает брови.

– А, ты об этом.