Нежное безумие

– Не было ни одного дня, когда бы я не думала о том письме, о тебе и о том, насколько я ужасный человек, – убеждаю я, а слезы застилают глаза. Это правда. Даже несмотря на то, что я ненавидела ее, я ненавидела себя еще больше за то, что сделала. За то, что делаю. В тот момент мама стала Мел, тогда началось мое падение. – Пожалуйста, поверь мне.

Пощечина прилетела неизвестно откуда. Острая, наполненная горечью. Ладонь ощущалась на щеке еще долгое время после того, как она убрала ее, и я инстинктивно подняла руку и потерла щеку.

Тебе только что дали пощечину. Мой мозг бил тревогу, эхом раздаваясь во всем теле. Бесконечно.

– Думаешь, что это меняет дело? – Лицо исказилось. – Ты и мой брат разрушили мне жизнь. Рэтт был уродом. Мать была безответственна и находилась не в себе восемьдесят процентов всего времени, твоя мама отталкивала меня из-за того, что я тебе не нравилась, и она не хотела расстраивать тебя, – продолжила она, и я задержала дыхание. Я не знала, что мама и Виа были недостаточно близки.

"– Я знаю. – Я рыдала, оперев руки на колени и схватившись за голову. Слезы обжигали место пощечины, но так как я была пьяна и обезоружена, то поняла, что заслужила этого. – Господи. Я знаю.

Плечи тряслись каждый раз, когда новая волна рыданий пронзала меня. Я направилась к ней, не понимая зачем, может… упасть на колени, но она снова отскочила от меня.

– Держись подальше от меня, Дарья. Я серьезно.

– Пожалуйста, не думай хуже о брате. Это было не только мое намерение, но я хочу, чтобы ты знала, что стоит винить всех в том, что произошло тогда. Но теперь ты вернулась, и мы сможем все наверстать.

– Ты ничего не наверстаешь!

Она орет во все горло, сгорбившись от такого громкого вопля.

Любовь – грязное чувство. Она очерняет все прекрасное и портит душу. Любовь намного страшнее ненависти, потому что когда ненавидишь – ты не растеряешься. Когда ты влюблен – ты тупеешь.

– Ты не можешь повернуть время вспять. Я была несчастна, меня унижали в Миссисипи, хотя и другим способом.