Незнакомка с родинкой на щеке

— Сегодня тоже вернешься поздно? – я решила держаться холодно, будто он угадал причину моего недовольства.

— Возможно.

— Поедешь на похороны Ксении Хаткевич?"

"Я внимательно наблюдала за его лицом, готовая отметить любую заминку. Но, то ли Женя превосходно владел собою, то ли ему правда было все равно. Ответил он бесстрастно:

— Возможно.

— Поддержать ее горем убитого супруга? – сарказм был неуместен, но я не сдержалась.

А Евгений на этот раз взглянул на меня укоризненно:

— Это, по-твоему, смешно? – А потом догадался: - Та-а-ак.

— Он отвратителен! - вырвалась у меня в сердцах.

Ильицкий, помолчав, заметил скептически:

— Я уже говорил, что обожаю это в тебе – судить о людях по первому взгляду.

А потом, отложив салфетку, поднялся из-за стола:

— Мне пора. До вечера, Лидушка.

Он подался ко мне, ожидая ежеутреннего поцелуя – а я демонстративно отвернулась.

— Ты меня и целовать теперь не станешь? – уточнил Женя.

— Почему?! – изумилась я.

— Погода неважная. Простудишься.

Я хотела, было, возразить что-то и – не успела увернуться. В этот раз Женя удержал меня и вероломно поцеловал в губы.

— Не скучай, - сказал напоследок и вышел вон.

Мне же, как ни странно, после совместного завтрака (или живительного поцелуя) сделалось вдруг легче. Ежели Ксения хоть что-то значила бы для Жени – хоть самую малость – он вел бы себя совершенно иначе в день ее похорон. Не может он быть настолько черствым. А значит… значит, я просто ревнивая идиотка. И, слава Богу, что не стала ничего спрашивать прямо. Пускай Женя лучше думает, что я идиотка, которая расстраивается, если муж приходит домой поздно. Тем более что нормальная молодая жена и впрямь должна бы быть расстроенной по этому поводу.

Подумав так, я осталась крайне недовольной собой. Напрасно я вздумала дуться и не поцеловала его сама… я даже захотела это исправить и поспешила в переднюю, надеясь застать мужа. Опоздала. Его плаща уже не было на вешалке.

А возле входной двери возился Никита – ворчал и собирал с пола какие-то бумаги…

Незнакомка! – молнией пронеслась в моем мозгу догадка.