Нежный плут

– Ну, пробыл бы ты с ней еще пару недель… До тех пор, пока мы не вернулись бы в Англию. И даже если б ты задумал взять ее с собой обратно, – ведь, судя по твоим словам, у нее большая тяга к земле отцов – она не согласилась бы…

– Ладно, Конни, кончай! Девчонка бросила меня и даже ручкой не помахала. «Не говори мне о тех проблемах, которые обрушились бы на меня, останься она со мной. Не говори мне об этих проблемах сейчас, когда я чувствую себя так, будто мне дали пинка под зад и убежали!»

Джеймс неподвижно смотрел в окно на пустующий теперь причал, соседний с тем, на котором стояла его «Принцесса Анна», и все не мог поверить, что Джорджи уже нет.

Ведь только этим утром она разбудила его нежным поцелуем, ее маленькие руки мягко касались его лица… На губах ее играла призывная улыбка… Та улыбка, которую он видел у нее в тс минуты, когда они вместе лежали в постели… Та улыбка, какая всегда пробуждала в нем необыкновенные желания, о существовании которых в своей душе он и не подозревал. Ее больше нет?…

– Нет же, Господи! – проговорил он вслух и окинул Конни таким решительным взглядом, что тот перестал усмехаться.

– Сколько человек команды сошло на берег?

– Господи, Джеймс, неужели тебе взбрело в голову…

– Да, именно это мне взбрело в голову! – оборвал его Джеймс; в душе его закипал гнев, ясно прорывавшийся в его тоне. – Собери всех, пока я буду прикидывать, что у меня может получиться с тем судном. Нужно нагнать его в течение часа.

Едва брат Джорджины Дрю повернулся к ней спиной, она тут же забыла о его приказе отправляться в его каюту.

Он уже наобещал ей хорошую взбучку, которая будет длиться все время путешествия домой. Говорил ли в нем только словесный гнев или он на самом деле задумал отстегать ее, в ту минуту ей было наплевать."

"О, да он был просто псих! Причем буйный! Для начала она решила его попросту удивить: когда он повернулся, то неожиданно увидел перед собой ее с улыбочкой на губах. И сразу же панически встревожился, полагая, что только какое-нибудь большое несчастье могло заставить ее искать его на Ямайке.

Когда же она заверила его в том, что никто не умер, к нему пришло облегчение, тут же сменившееся раздражением. Он сначала сильно встряхнул ее за плечи – как смела она пугать его своим появлением; потом вдруг обнял ее, – ему не пришлось выслушивать плохих известий, к тому же она была его единственной и любимой сестрой. И тогда-то она как бы мимоходом и обронила новость о том, что только что вернулась из Англии.