Наташа, не реви! Мы всё починим

И я почти-почти…

Вцепляюсь в его предплечья, и не контролируя ни тело, ни стоны, сама двигаю на нем бедрами, желая получить больше трения и внутри и от его ладони. И взорвать это мучительное и сладкое напряжение в теле!

Укус в шею... Вскрикнув, я содрогаюсь от оргазма, ловя его пальцы и ощущая, как он двигает ими.

- Пожестче теперь, да? - хрипло шепчет мне, сжимая волосы на моем затылке.

Пожестче?...

Мой муж никогда не умел пожестче. Он уверен, что это не этично - ""драть"" женщину. Так как ей будет больно и неприятно.

Укладывает меня лицом вниз.

И...

Нет, не получится, чтобы ни как распущенная шлюшка. Никаких шансов!

Потому что... Я такая мокрая и ещё не выплывшая из оргазма, а он такой голодный и перевозбужденный!

За бедра насаживая на себя, он вдалбливается. И с пошлыми шлепками наши тела встречаются - быстро, жёстко, ритмично. Иштаров точно не читал сексуальный этикет, потому что ""драть"" - это его!

Ни черта это не больно.

Это...

Я тону в своих стонах, как мартовская кошка, слыша только его надсадное громкое дыхание.

И поглощающее ощущение нарастает сильнее прежнего! В ушах шум, сердце выпрыгивает из груди... От оргазма меня дёргает всем телом. Задохнувшись, я слепо и не моргая зависаю взглядом на мерцающих гирляндах, на валяющейся на полу ёлки...

Его теплые ладони медленно скользят по моей мокрой спине.

Фейеричненько вышло!

Несколько плавных толчков. И он падает рядом на спину.

- Иди сверху... - сипло.

Ещё не всё?!

Вот и на твоей улице случился праздник, Наташ? Нормальный мужчина. Ну во всем - нормальный! Нет нормальный это на четверочку. А у Иштарова явно высший балл.

Послушно усаживаюсь сверху, изучаю ладонями его тело, то двигаясь медленно и красиво сама, то позволяя ему нетерпеливо вколачиваться снизу.

Уже удовлетворенная, просто наслаждаюсь мягким удовольствием и тем, как он теряет контроль над своим телом. Сам отправляясь туда, куда отправил меня уже пару раз.

Замирает на мгновение, задерживая дыхание.

Мы встречаемся взглядами.

""Я всё..."" - беззвучно.

Желваки напрягаются, взгляд стекленеет.

Это вау... Вау как...

Давит мне на бедра, намекая, что нужно бы выпустить его, если я не готова, чтобы в меня кончили.

Но я ""намеков не понимаю"". И выгибаясь, наоборот сажусь на него до упора.

Срываясь, зажмуривается. И судорожно таранит меня снизу, содрогаясь всем телом.