Наташа, не реви! Мы всё починим

- Спасибо, Александр Михайлович, - опускаю взгляд.

- Увольняйся оттуда. Не твоё место.

- Почему это?

- Эти гопники тебя на раз разведут. Они врут, как дышат. И уже только по блатным понятиям слово держат. Ясно?

- Потому что вы с ними как со зверятами! С преступниками! А они дети!

Шлёпает себя ладонью по лицу, изображая страдание.

- Ой, мля... Немедленно увольняйся! Прямо сегодня.

Хлопает дверью перед моим носом. Вздрогнув, обескураженно смотрю на табличку. “Следственный отдел центрального района..."".

Выхожу на улицу.

Мальчишки у лавочки. Рядом с каким-то тучным мальчиком лет двенадцати.

- Слышь, жирный! Гони сюда шоколадку...

- Н-н-нет! - неуверенно прижимает шоколадку к себе мальчик.

- Ты чо?..- с угрозой вырывает из его рук шоколадку Федор.

- Федя! - рявкаю я шокированно.

Тут же отлетают от него на пару шагов, улыбаясь и снова превращаясь в заек.

- Да мы ничо...

- Немедленно вернули шоколад!

- Так у него это... Диабет будет, Наталья Антоновна. Нельзя ему. Да, жирный?

Отбираю шоколадку возвращаю мальчику.

- Это ещё что?

- А это не моё, - солнечно улыбается он.

Честно-пречестно!

- Бабка курит, ей несу.

- Да? Ну я сама донесу. А ну-ка - за мной.

- Куда?

- Домой к вам пойдем. Посмотрю как живёте, уроки проверю. С бабушкой вашей поговорю.

Недовольно переглядываются.

- Вперёд, я сказала, - строго хмурюсь я.

Бурчат, но идут.

По дороге покупаю им по такой же шоколадке, какая была у мальчика...

- Ешьте.

- Спасибо, тёть Наташ.

- Можно просто - Наташа...

""Не твоё место""! - передразниваю про себя Иштарова. А может, наоборот... моё.

Глава 41 - Профнепригодная

Наташа

Опустошенно сижу на табуретке, оглядывая стены, которые не видели ремонта лет пятнадцать.

- Мальчик, ты кто? - подслеповато щурится неопрятная старушка с сигаретой. - Ты кто?

- Да Федор я! - с лёгким раздражением бросает Федя.

- Машка, ты вернулась? - смотрит на меня. - Пошла вон... Нечего тут тебе...

- Бабка, ты иди, - тихо подталкивает ее Семён в дальнюю комнату.

Старушка, держась за стену уходит вглубь дома. С ужасом смотрю, как штора в проходе на мгновение касается ее зажженной сигареты.

И печь у них на дровах... Заслонка. Пол деревянный. Штукатурка кое-где осыпалась, оголяя перемотанный изолентой провод.

Ааа! Как же они ещё не сгорели?!

Вспоминается сразу запах удушающей гари.

- Мальчик, ты кто? - снова доносится из комнаты.

- Да Сёма я…

- Она что вас даже не помнит? - хриплю я, стягивая шарф.