Невинность в расплату

— Но их вера в то, что сказка обязательно случится именно с ней и в этом доме неистребима! Каждая считает себя особенной. А как они дерутся за право убираться в хозяйской спальне!

И почему мне становится совсем невесело, когда я представляю себе этих девушек и Бадрида, лежащего в постели?

А ведь это не самая большая из моих проблем! Далеко не самая!

— Я Лора, кстати.

— Мари.

— Да я знаю. Здесь все знают, кто ты. Поверь. Такой скандал! Наверное, в городе не осталось ни одного человека, который не в курсе о том, где оказалась дочь Булатова!

— Эй! Вы чего расселись тут?

Ирма возвращается в кухню.

— А ну, быстро! Прибрала за собой и работать! Лора! Я тебя приставила к ней показать все и научить, а не языками чесать!

Мы обе спохватываемся.

Подскакиваем.

Меня никто и никогда не шпынял, а рефлекс такой же, как и у Лоры.

— Простите, управительница, — лепечет она, опуская глаза в пол. — Я просто объясняла Мари, какой будет ее работа!

— Нечего тратить время.

— Пойдем, — Лора хватает меня за руку и утаскивает за собой по коридору.

Мы практически бежим до тех пор, пока не оказываемся в какой-то темной комнате типа чулана.

— Никогда с ней не спорь, — шепчет Лора, так, как будто тучная фигура управительницы Ирмы сейчас способна появиться за нашими спинами. — Она ко всем такая. Ну, а с тобой…

Будет еще хуже, понимаю даже без продолжения.

* * *23 Глава 23

Бадрид.

Я пьян.

Полностью, чертовски пьян.

И виски здесь играет далеко не первую роль.

Я опьянен этой девушкой. Мари. Опьянен до края.

Сколько бы ни было вокруг других, извивающихся, манящих своим доступным телом, а перед глазами только одна. Она. Мари.

Нежная. Хрупкая.

Улыбающаяся так робко.

И ничего не изменилось.

Сколько ни повторяю себе, что она — никто, пыль под ногами, просто откуп, а все равно ее глаза вспыхивают прямо перед моими.

Пронзают насквозь. В самое сердце. Хуже, чем пуля.

Бьют наотмашь.

Я ведь решил.

Решил, что вышвырну ее. Чтобы духа. Чтобы запаха ее не осталось. Ни следа.

Отдам в клуб, пусть здесь, вот так отрабатывает провинность ее семейки. Гнилому отродью такая же работа.

Только ноги сами привели в ту комнату, что выделил для нее.

В дурмане алкоголя, которым пытался девчонку из себя, из нутра вытравить.

Но не помог.

Наоборот. Довел до ее постели.

Впервые в жизни я напился так, что не помнил себя. Впервые.