Невинность в расплату

На границах это обиженные Градовым семьи препятствия устраивают. Мой поставщик чист. Иначе продолжал бы дергаться и отказался.

— Говорят, ты семью Булатовых отпустил.

Что, блядь?

Вскидываю глаза.

Чувствую, как сжимаются кулаки и челюсти.

Кровь с полоборота закипает в венах.

Охренеть.

Поставщик будет рассуждать о моей личной жизни? Трепать то, что никого, кроме меня одного не касается?

Хотя, о чем я думал. Конечно. Это феерический пиздец.

Невеста, блядь. Невеста самого Багирова! За пару дней до свадьбы вдруг не просто оказалась не девственницей, а еще и залетела!

Впрочем, сам факт свадьбы особенно не афишировался.

Подробностей, естественно, не раскрывали.

По официальной версии, у нас возникли исключительно семейные разногласия. Бизнес не сложился, который мы должны были объединить. Естественно, врач, которому Булатова поведала свою отвратительную тайну в расчете на аборт и на вшитую девственную плевру, получил достаточно денег за свое молчание.

Да и не смертник же он, в конце концов. Не террорист-фанат — самоубийца. Чтобы о таком хотя бы подумать кому-нибудь сказать.

— Говорят, сестра у нее была?

Ингвар совсем, кажется краев не понимает.

Наливает себе третий стакан.

Болтается спиной на стуле так, как будто бы он в каком-нибудь притоне.

— Удивительной красоты, говорят, сестра. Ходят слухи, что она жизнь Булатовых и выкупила. Рабыней твоей стала. По традиции.

— Кто говорит?

Медленно, тяжело вздергиваю бровь.

Рука опасно обхватывает стакан.

Но Ингвар и не замечает."

"— Рабыня же по традиции потом всем слугам достается? — дальше гнет свое. — Я бы хотел… Если возможно… Я бы ее купил у тебя потом, Бадрид. Говорят, она реальная красавица. Княжеской красоты… Такой. Классической. Несовременной. Такой днем с огнем теперь не найти. Да и я… Я фото видел. Самому реально интересно стало. Чтобы ты! Сам Бадрид Багиров кому-то хоть какой долг простил? Никто не знает, за что ты их выгнал из города.

Пиздец.

Рука работает сама.

Резко. Одним движением.