Невинная прихоть миллионера

Этот странный Дмитрий что-то говорил про еду… Я вдруг ощутила себя самым несчастным человеком. Жизнь загнала меня в угол. Что делать? Рассказать маме? Да, она юрист, но далеко не самый успешный. А у Щукина деньги и связи. Не зря ведь даже некий Антон, друг Дмитрия, пытался последнего образумить. Так что маме еще самой достанется. Одна же я и вовсе пропаду.

Чуть дальше от лестницы я увидела проход на кухню. Помещение было таким же большим, как и остальные в доме. Вдоль стен шли черные шкафчики, посередине стоял белый овальный стол и такого же цвета стулья.

Красиво.

Я не сразу заметила черный холодильник. Подошла, потянула дверцу. Внизу в прямоугольной стеклянной посудине лежали мясные стейки с сыром, грибами, каким-то овощами. Я сглотнула, руки сами потянулись за едой. Нашла тарелку и где разогреть еду. Плеснула в стакан яблочный сок.

После еды мне стало чуть спокойнее, хоть умом я и понимала странность этих эмоций. Я вспомнила бешеные глаза высокого брюнета Щукина. Восторг в них и какой-то плотоядный блеск.

Я и прежде видела этого человека в компании, и всегда он вызывал у меня тревогу. А уж стоит представить, как он прикасается ко мне, сразу приходит понимание — уж лучше умереть.

От Дмитрия же у меня впечатления противоречивые. С одной стороны, он явно недоговаривает что-то о своем безумном решении заключить со мной брак. С другой, от него не веет злом или опасностью. Несмотря на то, что по общению он прямолинеен и строг. Я решила все же дождаться мужчину и еще раз с ним поговорить.

Тем более, после еды меня вдруг страшно потянуло в сон. Я не собиралась здесь дремать, но жутко хотела посидеть немного.

Глава 3

Дмитрий

Я почти не рисковал, оставляя гостье деньги на такси до дома. Начальнику своей охраны Антону Измайлову я приказал выделить человека на случай, если моя молодая супруга решит отправиться восвояси. Парень проводил бы ее незаметно и убедился, что все в порядке. Вмешался в ситуации опасности.

Однако получиться могло по-разному.

Известный в узких кругах черный банкир Николай Щукин перехватил бы девушку. И хоть своей главной цели теперь уже бы не достиг, взялся бы шантажировать ею меня или ее брата. Хотя Даниилу на младшую незаконнорожденную сестру явно плевать с высокой колокольни.

Да, можно сказать, я поступил неосторожно, но по-другому не мог. Она должна верить мне, иначе план полетит ко всем чертям. Я не смогу неволить ее или следить за каждым ее шагом. Да и не хочу.