Невинная прихоть миллионера

Хорошо, что муж уболтал меня освежить гардероб!

В рабочем же смысле я ощущала себя на коне. Специфика была мне знакома, я быстро влилась в процесс. Евгения — женщина лет сорока, которая замещала выбывшую Зою, подробно инструктировала меня, как новичка. Полненькая блондинка понравилась мне, объясняла понятно и вела себя со мной как ни в чем не бывало. Словно я и не жена Забарского, о чем весь коллектив узнал еще до начала первого рабочего дня.

Стоило мне в первый раз войти в кабинет, на меня устремились взгляды всех присутствующих.

Молодые мужчины и женщины обратили на меня внимание не только, чтобы поприветствовать и познакомиться. Я ощущала, идущую от них оценку и тревогу. Они словно пытались понять, чего от меня ждать. Некоторые тут же принялись расхваливать компанию. Говорить, как счастливы работать на Забарского. Надеюсь, в их словах была все же доля искренности.

Кто-то просто переглядывался, что-то осторожно спрашивал. Слова о компании моего отца, где я раньше работала, их явно настораживали.

Я не понимала почему, пока ко мне не обратилась самая бойкая из отдела — Марина. Она чем-то напоминала мне активную Иришку, с которой я еще несколько месяцев назад делила комнату. Этим девушка располагала меня, и мы начали немного общаться в первые дни моей службы.

— А твой брат теперь не начнет активно конкурировать с нами за сделки? — осторожно уточнила новая знакомая.

Она размяла стройные плечики, откинула русую прядь и уставилась на меня. Наши столы располагались под углом.

— В одном поле работы всегда есть конкуренция, — пожала плечами я.

Марина замотала головой.

— Я не об этом. Просто Овчинниковы и Забарские всегда умудрялись делить это самое поле, не допускали нечестных методов. Что будет теперь? Ты прости, что я так прямо обращаюсь, но я по жизни смелая. Мы боимся, что начальство будет соперничать, а трещать лбы будут у нас… Сама понимаешь.

Что ответить храброй Марише? За Даниила я бы точно не поручилась. Остается лишь надеяться на ум и характер Димы.

— Думаю, ваш руководитель постарается, чтобы его сотрудники не страдали, — искренне высказалась я, — у Димы… У Дмитрия Алексеевича большой опыт. Он сможет существовать на рынке и без поблажек.

Последняя фраза прозвучала жестковато. Эти нотки всегда появлялись, когда я начинала отстаивать Диму. Марина отшатнулась, повела бровями.

— Конечно, конечно. Извини, Варвара.

Разговоры в кабинете притихли. Да я и вообще заметила, здесь люди немногословны.