Невинная для Лютого. Искупление

Лёша помог священнику отстроить храм, поднять приход. Говорил, что именно этот человек стал его вторым отцом. Возродил к жизни и вдохнул новые силы для борьбы. Практически вернул с того света.

Мы вышли на аллею перед храмом и утонули в тени каштанов. Здесь пахло по-особенному. Казалось, что вдохни полной грудью и станешь выше, сильнее, счастливей.

На крыльце церкви в компании семьи Орловых и Леоновых нас ждал Звонарёв. Подтянутый, сверкающий улыбкой, в костюме от дорогого бренда. Он был с цветами, взволнован, в глазах сияли не укрощенные звезды, а в светлых волосах золотилось солнце.

"— Леша, а крестная? — забеспокоился он, оглядываясь по сторонам. — Настя где?

Муж поджал губы и помотал головой, защекотав мою щеку бородой.

— Не спрашивай. Тетя Маша будет крестной, — он перевел взгляд назад, повернулся вместе со мной и застыл.

Из-за угла на инвалидной коляске выехала Настя. Кудрявые темные волосы выглядывали из-под белого шелкового платочка. Леша и Стас уронили челюсти и переглянулись.

Будущий крестный дернул галстук и долго, невыносимо долго не сводил глаз с сестры Сергея, будто пытался получше запомнить ее. Она и правда красавица, но я уже не ревную — знаю, что Настя для Леши — только сестра.

Волкова скрестила пальцы и быстро показала:

«Я приехала ради Надежды, не ради вас».

Я посмотрела вдаль, наслаждаясь теплом и радостью, но внезапно заметила в тени других деревьев мужчину в темной одежде с капюшоном.

— Лина, все в порядке?

Я вцепилась в шею Лёши, повернулась немного на его крепких руках и, прищурившись, всмотрелась.

Но кроме идущего к нам отца Василия никого не смогла разглядеть.

— Показалось, — прошептала я.

— Здесь от чистого воздуха и голова может закружиться, — с мягкой улыбкой приблизился к нам священник и пригласил зайти храм.

В моей жизни не было любви — она ворвалась лютым вихрем. Мы с мужем счастливы, и я не хочу упускать ни малейшего воспоминания. Мне дорога и боль, и радость.

В моей жизни не было веры — она опустилась на меня защитным куполом. Историю чудесного спасения Лёши я могла слушать снова и снова, испытывая тёплую благодарность старцу.

В моей жизни не было надежды…

— Мамочка, возьмите дочь на руки.

Мария передала мне Наденьку.