Невинная для бандита (СИ)

Значит, все же он умел и вот так. Черт, да конечно, умел! Разве я не убедилась в этом? Другое дело, что делал он это порой так, что и не верилось в помощь эту. Впрочем, о мертвых или хорошо, или никак…

— Ладно, — сдалась я под настойчивым взглядом хозяйки дома.

Она тут же улыбнулась в ответ.

— Познакомишь нас?

Теперь уже я не смогла удержаться от улыбки. Столько любопытства было на лице Оли. И учитывая ее положение, ей наверняка хотелось потискать девочку.

— Конечно. Заходи.

32. Есения

Дни сменяли друг друга.

Теперь это я была главным человеком в жизни малышки.

С Олей мы довольно быстро нашли общий язык. Муж ее постоянно пропадал на работе, а девушке явно не хватало общения. На мои осторожные вопросы, устраивает ли ее это, она лишь вздыхала и заверяла, что это явление временное.

Каждую ночь мне снился Герман. Снился по-разному — то с окровавленным лицом, в автомобиле. И тогда я просыпалась в холодном поту и до самого утра больше уснуть не могла. То снились наши ночи. И тогда я в итоге оставалась с огромным неудовлетворенным желанием, от которого мучалась все утро.

Тоска по мужчине притупилась, но не прошла окончательно. Видимо, моя привязанность к нему оказалась куда глубже, чем я изначально думала.

Но не зря говорят, что время лечит. Повседневные заботы о ребенке помогали отвлечься, Оля тоже старалась, как могла.

"Мысль, что вот-вот мне придется уехать, пугала меня. Потому что в доме Григорьевых я почти не испытывала одиночества, старалась абстрагироваться. И это более-менее выходило.

А что будет потом? Об этом я старалась не думать.

Но все имеет свойство заканчиваться. И однажды вечером ко мне пришел Максим.

— Как ты? — спросил он между делом.

— В норме.

— Это хорошо. Ваши документы готовы.

— Это значит…

— Это значит, что скоро я отвезу тебя и Катю в новый дом.

— Дом?

— Да, небольшой домик в соседней области.

— Даже так? — искренне удивилась я.

— Вопрос безопасности, — тактично ответил Григорьев.

— Есть вероятность, что Кате что-то грозит? — тут же напряглась я.

Мужчина ответил не сразу.

— Герман не зря скрывал ребенка. Когда Анна попала в аварию, он сделал так, чтобы все считали Катю погибшей вместе с матерью.

— Ничего себе, — пробормотала я.