Невинна и опасна, или Отбор для недотроги

Но теперь уже Маркель не поддержал ироничного тона:

– Ты ведь всерьёз не рассматриваешь Сюзон в качестве возможной невесты? Так зачем она нужна здесь, на празднике?

Как возможная невеста, она, пожалуй, действительно Себастина не интересовала, но вот её матушка, как ключ к разгадке тайны Амалии, – очень даже."

"– Может, ты всё же позволишь мне самому решать, кого и когда отправить домой? Не припомню, чтобы ты спрашивал у меня совета, с какой очередной барышней тебе завести роман, – снова попробовал отшутиться Себастин, не понимая настойчивости Маркеля.

Но брат аргументу не внял.

– Семейство Жильберт заслуживает быть выставленным из дворца. У меня есть все основания полагать, что они распространяют грязные слухи.

Руки Маркеля сжались в кулаки. Глаза потемнели. А брат, похоже, серьёзно разозлён на эту троицу.

– Что за слухи?

– Будто я собираюсь сделать Амалию своей содержанкой.

Себастину совершенно не понравилось услышанное. Он нахмурился.

– Тебе мало твоих малышек?! – спросил, повышая голос. – Маркель, Амалия – не та девушка, которую можно…

– Это слухи! – помрачнев, как туча, перебил брат.

– Что между вами? – Себастин подался вперёд.

– Ничего!

– Но дыма без огня не бывает! – Себастин чувствовал, что начинает закипать. Он не знал, верить ли брату. Тот не раз показывал, что не может пройти мимо понравившейся барышни. – Амалия наивная и беззащитная. Оставь её, Маркель. Я не дам тебе использовать её как игрушку!

– Хочешь её защитить?! – брат полоснул гневным взглядом.

– Я знаю способ защитить её от сплетен, наподобие той, о которой ты сказал. Я завтра же объявлю её своей невестой. Я уже сделал выбор.

Маркель переменился в лице. Замер, приглушённый новостью. Готовая сорваться с губ фраза, так и осталась непроизнесённой.

– Ты это всерьёз? – выдавил он осевшим голосом.

– Нет, Маркель. Это была проверка. И ты её с треском провалил. Выдал себя с потрохами.

Они молчали пару минут, тяжело дыша. За это время Себастин успел взять себя в руки. Как бы не злился на брата, он любил его. Любил, несмотря на то, какими они были разными. Подростком всё время прикрывал от отца, пока не понял, что потакать выходкам Маркеля – только вредить ему.