Невеста вне отбора

Если Сабрина ван Ретт подаст прошение о разводе, то оно будет удовлетворено. Линдгард ван Ретт будет лишен титула и фамилии, те из близких родственников, кто захочет наследовать капитал и недвижимость, будут обязаны сменить родовое имя. Сам Линдгард Безымянный приговорен к десяти годам каторги. Через три года он имеет право подать прошение о помиловании и, если даст все необходимые клятвы, уедет в деревню. В настоящую глушь, а не в Предместья.

Катти плакала. Она не могла винить ни Гара, ни Лиаду, ни королевских обвинителей - смерть прежнего главы белаторов, покушение на нынешнего главу и на Хиллиарда.

- Он останется жив, - мягко произнес белатор. - Каторга - это страшно. Но мы не звери - там сносные условия. И помимо заключенных там работают и обычные люди. Между прочим, многие приезжают туда, чтобы заработать на собственный дом. И твоему отцу тоже будет начисляться процент, на который он и купит дом в глуши.

Грустно улыбнувшись, Катти кивнула, мол, продолжай.

- Твой брат будет лишен имени, как и отец. Он также пойдет на каторгу, но вначале немного посидит в тюрьме - до совершеннолетия. Мы не можем отправить ребенка в карьеры. И я лично от себя наградил его проклятьем - он не способен более увидеть ничего волшебного. Ни книг, ни артефактов, ни зелий, ни волшебных существ. Последних - за исключением нежити и нечисти.

Мадди сидела очень тихо и даже не пыталась поставить себя на место бледной, разбитой горем подруги.

- Победа с привкусом крови и боли, - прошептала ванен Скомпф.

- Ты цитируешь благонравную эту, как ее там? - поразился Гар. Поразился и порадовался возможности сменить тему.

- Ее самую, - кивнула дочь купца.

- Это не все новости на сегодня. Тебе, о почти королева, придется иметь дело с крайне грустным королем - первым указом Лиаду будет вынужден сослать мать в монастырь. К сожалению, он всю жизнь пытался заработать ее любовь и признание. В общем, это не добавит ему счастья и жизнелюбия.

- Справлюсь, - тряхнула головой Мадди.

- Уоттер уверил ее, что покушения - дело рук нашего отца. Что он вновь полюбил и хочет посадить на трон своего бастарда, которому уже тринадцать лет. Это все - чушь и вранье, но она поверила. И старалась втройне. Одна беда - смерть Тора.

Он раздраженно ударил по широкому подлокотнику. Катти встала и подошла к любимому:

- Настала моя очередь - все будет хорошо. Мы уже справились. Никого из родных не придется казнить.