Невеста тирана (СИ)

Раскраснелась, даже прикрывала глаза, давая понять Лапе, что она не смотрит. Тот нашарил башмаки, и вот уже ушастая сизая голова скрылась под траурными юбками.

Розабелла расхохоталась до слез, поежилась:

— Щекотно! Щекотно! Ай! — она дернулась, поднимая юбку и, не утерпев, отскочила.

Джулия похолодела, нагнулась:

— Укусил?

Розабелла так и стояла, подняв подол, демонстрируя тоненькие ножки без чулок, и все еще давилась восторженным смехом. А Джулия замерла, глядя на такие знакомые длинные воспаленные царапины.

Розабелла, наконец, опомнилась, выпустила юбку:

— Ой… Простите меня, сеньора Джулия, это было так неучтиво… Я вела себя безобразно!

— Не извиняйтесь, вам не за что извиняться.

Розабелла покаянно склонила голову:

— Только прошу, не говорите никому, что я не ношу чулок. Матушка будет недовольна. А если узнает, что чулки кровью замарались, или изодраны… еще больше будет недовольна.

Джулия поспешно кивнула:

— Конечно, не скажу. Это будет нашим секретом, можете положиться на меня.

Джулия и без пояснений понимала, откуда. Царапины на ее собственных ногах еще до конца не зажили. Щеки Альбы затянулись быстрее.

Розабелла молчала. Наконец, оправила юбку и присела на сундук у окна:

— Пустяки, оцарапалась. В саду. — Она поняла, что Джулия не верит, и тут же залилась краской.

Джулия пожала плечами:

— А похоже на чьи-то когти…

Розабелла сдалась, опустила голову:

— Я говорила, но матушка мне не верит.

Джулия опустилась рядом:

— А я верю.

Она сняла башмак, спустила чулок и продемонстрировала такие же царапины, только уже заметно побледневшие.

Ясные глаза Розабеллы загорелись сначала удивлением, а потом совершенным восторгом. Казалось, эти царапины доставили ей не меньшую радость, чем Лапушка.

— А вас-то когда успел?

Джулия пожала плечами:

— Наткнулась на него в темном коридоре.

Розабелла поджала губы:

— И, уж, конечно, вам сказали, что вы лжете! Даже не сомневаюсь. А он противный и злой. Ума не приложу, как матушка может любить это чудовище! А сколько он ест, сеньора Джулия! Я ем меньше за целый день! Это грех, но мне иногда даже хочется, чтобы он умер от обжорства!

Джулия покачала головой:

— Я никому не говорила. А теперь все это будет нашим секретом, как и ваши чулки.