Невеста на замену

— Ну, это для мужчин… стимулятор… очень сильно возбуждает, но вызывает быстрое привыкание и, в конце концов, мужское бессилие.

Я задумалась. Зачем давать жениху местный эквивалент «шпанской мушки», если невеста буквально источает афродизиак?

— Арлет, а что будет, если невеста-эльфийка выпьет концентрированный любовный напиток, а жених-асур — большую порцию кэрша?

Она замерла, испуганно глядя на свои пальцы, нервно теребившие рукава ночной рубашки.

— Ну! — я в нетерпении пристукнула ногой.

 — Что будет?

— Он сойдет с ума… обратится в дракона и разорвет свою женщину…

Нет слов. Одни маты.

Я закрыла глаза и медленно сползла по стене. На меня вдруг снизошла звенящая пустота, словно внезапное осознание реальности очистило душу от всех эмоций. Не было ни страха, ни сомнений, ни жалости. Ни одной мысли не было в моей голове в этот момент. Наверное, именно так чувствовал себя Терминатор, когда шел убивать Сару Коннор — абсолютное спокойствие и равнодушие робота.

Именно в этот момент я поняла, в какую историю попала! Это не сказка со счастливым концом, а я вовсе не принцесса, которую ждет прекрасный принц. Хотя принц-то как раз имеется… Значит, решили использовать меня в своей игре, а ставкой будет моя жизнь? Как же, как же, всю жизнь желала умереть от секса с озабоченным драконом! И я еще мечтала о любви? Да пропади оно все пропадом. Бежать, однозначно бежать… и лучше прямо сейчас.

Я открыла глаза и впилась в Арлет напряженным взглядом. Она была мне нужна, но времени разводить церемонии больше не осталось. Мне придется рискнуть.

— Арлет, в замке Деус заставил меня выпить любовный напиток, а только что я узнала, что он собирается моими руками подсыпать Эрионару кэрш. Ты понимаешь, что это означает?

— Но зачем?! — шокированная горничная смотрела на меня с таким ужасом, что я не сдержалась, и мои губы скривились в едва заметной усмешке.

— А он хочет сам на мне жениться! — ну не совсем на мне…

Арлет несколько минут молчала, явно что-то серьезно обдумывая. Она нервно расхаживала передо мной, потирая щеки нервными ладонями. Наконец, остановившись напротив меня, она осторожно произнесла:

— Но ведь вы и сами были не против до тех пор, пока на вас не пал жребий столетней контрибуции.