Невеста на замену

Короной мне был венок из роз с острыми шипами, поцарапавший лоб до крови.

Наши короли действительно носили розы вместо золотых корон, но наши розы были особые, без шипов, они символизировали красоту и безобидность лунных эльфов. А дроу просто поглумились над нашим обычаем и смеялись над моими слезами. Жестокий народ, у которого в чести лишь войны и победы. Они не знают слабостей и презирают слезы. Сиды были для них лишь средством достижения цели, и их не волновало, сколькими невинными жизнями придется за это заплатить.

Теперь я вспомнила и Джанну. Правда, в моей памяти она была другой, такой же, как все эльфы. Она присутствовала на моей коронации вместе с членами своей семьи, но старалась не смотреть на поддельный трон из лунного камня, на котором была прикована я. Настоящий-то был спрятан в Холмах! Сколько ей тогда было? Лет пятьсот? Наверное, уже после моей смерти Эл'Селверин настигло проклятье богов, и они обзавелись такой отталкивающей внешностью.

Я неожиданно вспомнила ее племянника Айренира. Он действительно страшен, но его внешность не вызывает у меня отвращения.

Я же сид, нам не свойственно ненавидеть или мстить, мы можем только бежать и скрываться. Только кто «мы»? Осталась лишь я.

Внезапно, мне захотелось выйти из этой комнаты на свежий воздух, точно стены давили на меня могильной плитой. Я вылезла из постели, завернувшись в покрывало, и шагнула в сторону окна. Вместе с памятью вернулся и мой дар. Теперь я видела разноцветные потоки магии вокруг меня и светящиеся накопители внутри живых существ.

Служанки-парвати оказались слабенькими магичками, а вот у пришедшей проведать меня Арейны магический резервуар сиял ярко-алым, с бордовыми бликами. Он выглядел словно переплетение коротких линий в ауре, но сиял как сверхновая, слепя глаза. Арейна оказалась огненным магом. Я не захотела с ней разговаривать, но она сказала, что очень сожалеет о преступлениях своего деда. Мне ее сожаление было ни к чему: через полторы тысячи лет все эти слова казались бесполезными и бесконечно опоздавшими.

Я коснулась высоких створок окна, и они легко распахнулись, подчиняясь моим желаниям. Свежий горный воздух коснулся моего лица, взъерошил волосы. Я заново узнавала этот мир, как блудная дочь, наконец-то вернувшаяся в объятия любящего отца.

Вот и мраморный парапет, на котором так любит сидеть Эрионар-дракон, когда думает, что я сплю и не вижу его. Я взобралась на широкие каменные перила и выпрямилась во весь рост, сбросив покрывало и раскинув руки.