Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 30

Претензий с нашей стороны нет, Ваше Величество. Более того, мы извиняемся за недостойное поведение нашего покойного родственника, — он склоняет голову.

Я улавливаю подтекст. Они всё поняли — и что я сделал, и как обошёлся без прямого удара. Но разборки им не нужны. Логично. Я бы тоже побоялся попасть под залп Золотого Дракона.

— Извинения приняты, господин Гашен.

Он кивает:

— Мы хотели бы заключить с вами контракт на поставку мяса, как только откроется Международный транспортный портал. Причём — по фиксированной цене, на ваше усмотрение.

Я пожимаю плечами:

— Почему бы и нет. Всё возможно. Давайте заключим.

Он удовлетворённо кивает. А вообще — удачно Царь мне бал подкинул. Я и Франсуа припугнул, и с Раджвирани договорился о мире и торговле.

В этот момент подходит церемониймейстер и почтительно наклоняется ко мне:

— Ваше Величество, Царь ждёт вас у себя.

Я коротко прощаюсь с Гашеном и направляюсь в кабинет Государя.

Царь Борис сидит за своим столом, заваленным бумагами. Эх, тяжела участь Государя Российского. Неужели и это меня ждёт? Невольно передёргиваю плечами. Хм, мне надо больше жён — причём умных, как Лена. Пускай они бумажной волокитой занимаются.

Борис поднимает голову, улыбается тепло, широко:

— Ваше Величество Данила! — произносит с ухмылкой. — Чего встал, как не родной? Садись, садись.

— Ваше Величество, — отвечаю, входя.

Царь хитро как-то улыбается:

— Знаешь, ко мне тут захаживал посол Цезаря. Догадываешься о чем он говорил?

— Ага, — хмыкаю.

— У тебя, Данила, действительно колоссальный ресурс, — продолжает он. — Все правители поглядывают на твоих альвийских девушек и облизываются. А леди Гюрза вообще ходячая реклама.

— Леди Гюрза — дроу, а не альва, — поправляю. — Но я вас понял.

Он отмахивается, как будто разница между альвами и дроу — не больше, чем между сортами вина.

— Что с транспортным порталом?

— Скоро будет открыт.

— Ну ладно… — хмыкает Царь, но дальше говорить не успевает: в дверь стучат, затем в комнату заходит спешным шагом Красный Влад.

— Ваше Величество, прости за вторжение, — кланяется он Царю, на что тот небрежно отмахивается пальцами: мол, продолжай уже. — Только что доложила Царская разведка. Поимка прусака Паскевича должна была состояться через неделю, но всё сдвинулось.