Неудержимый. Книга XXXIV

— Подождёшь здесь? — спросил я у Ланы, указывая на крошечный выступ.

— Что ты собираешься делать? — она смотрела на меня с лёгким недоверием.

— Домик в деревне, — хмыкнул я. — Храм совсем рядом. Хочу проверить его один.

— Опять? — Лана нахмурилась.

— Послушай, ты ведь видела — я умею исчезать и появляться, как мне вздумается. Я не собираюсь вступать в бой. Просто гляну, что там, и вернусь обратно. А если повезёт, заберём Шейлу и слиняем отсюда в Альсейм.

— Ты уже и имя её знаешь? — Лана чуть ли не зарычала на меня, пытаясь достать рукой.

— Спокойно! — я сразу же отлетел от неё подальше, — Её имя выкрикивала другая Айсварна, вот я и запомнил.

Надо же было так проколоться. Впрочем, я и правда слышал, как она выкрикивала, что-то похожее на имя.

— Давай быстрее! — буркнула Лана, — У меня отмерзают пальцы.

Нехотя согласилась Лана, но я уже не мог оставить её просто так. Я даже не заметил, понизилась температура, поэтому перед тем, как отправиться, я создал для неё укрытие — массивный булыжник, будто случайно застрявший между скалами.

— Будь начеку, — тихо сказал я.

— И не забудь, — Лана остановила меня у выхода. — Мне тоже нужно туда попасть. Я чувствую… это важно. Очень важно.

— Хорошо, — не стал спорить. — Но сначала разведка, а потом уже будем думать."

"Я шагнул за пределы укрытия и, перекинувшись в изнанку, полетел к храму. Ветер сразу стих, и мне стало гораздо лучше. Не знаю, как можно на постоянной основе жить в таком суровом мире.

Он показался внезапно — за уступом, словно вырезанный прямо из горы. Я приземлился на каменную площадку и невольно присвистнул.

Храм был огромен. Нет, не просто большим — он был чудовищно монументален. Весь вырезанный из черно-серой скалы. Он выглядел так, словно кто-то великий подчинил и превратил в дом бога её часть. Фасад храма уходил вверх на десятки метров, а его своды поддерживали колоссы, что застыли у входа.

Эти статуи… они были не просто украшением. Они были частью конструкции, опорой, которая по задумке мастера должна была поддерживать всю композицию целую вечность.

Когда я подошёл ближе, заметил, что каменные воины с рогами, были грубо выдолблены, но при этом их лица были на удивление выразительные. Суровые, со стиснутыми челюстями. Их глаза были полуприкрыты, будто те до сих пор борются то ли со сном, то ли с усталостью.