Неудержимый. Книга XXXIV

Отожрался на местных харчах, понимаешь ли! Надо бы тоже попробовать…

— За мной! — вновь выкрикнул я, пробивая проход по направлению к выходу из этой зоны пещеры.

Пройдя под землёй примерно десяток метров, мы вырвались на поверхность. Долго передвигаться под землёй — смерти подобно. Слишком уж медленно, в любой момент мы могли лишиться возможности выбраться. Я подхватил Лану, прижал её к себе «воздушными нитями» и, оттолкнувшись от камня, рванул вперёд. Пока такая возможность всё ещё была.

Стены пещеры с каждой секундой сыпались всё сильнее.

Пещера содрогалась с каждым метром. Камни срывались сверху, стены трещали и обваливались кусками. Пол под ногами постоянно менялся — то вспучивался, то проваливался, вынуждая подниматься и опускаться, чтобы не влететь в возникающие то там, то тут препятствия.

Воздух становился тяжелее. Пыль поднималась клубами, жгла глаза, пробиралась в горло. Где‑то справа раздался треск, и из стены вырвался взрыв энергии — энергетический кристалл лопнул, выпустив поток мелких острых осколков. Они осыпали нас с ног до головы, но не причинили никакого вреда. На этот раз «защитные покровы» работали, поэтому от подобных неожиданностей мы были полностью защищены.

Лана вцепилась в мою руку так сильно, что «защитный покров» засиял синими всполохами. Она не просила ни о чём, не говорила, но прекрасно знала, что, если отпустит — может умереть. Я тоже это прекрасно знал, поэтому делал всё возможное, чтобы как можно быстрее нас отсюда вытащить.

Я использовал «волшебные нити», чтобы удерживать курс. Магией воздуха разгонял пыль впереди, чтобы хоть немного видеть, куда мы несёмся. Вперёд ушли теневые клоны — бежали, распадаясь в пыли, показывая маршрут, сверяя путь с каждым шагом.

Всё вокруг рушилось, и с каждой секундой шансов становилось всё меньше.

К моему удивлению, прозрачного барьера, который ранее скрывал обитель Хлада, не оказалось. Мы вырвались из рухнувшей части пещеры, прорываясь сквозь клубы пыли, которые не отставали от нас ни на шаг, словно хотели задержать здесь навечно.