Неудержимый. Книга XXXIV

Более того, они увезли с собой и живых работников котельной, заключённых в каменные кубы. На вопрос, зачем они их забрали, Кисса ответила спокойно и прямо:

— Никому не пожелаю смерти от клыков и когтей ужасных тварей. Пусть военные решают, что с ними делать."

"В целом, это было разумно. Лунарианец вспомнил ответ Сержа о нежелании брать на душу грех. Интересно, как бы он отреагировал на всю эту ситуацию?

Что касается беглецов, то прямо сейчас они лежали связанными в разных каютах. Шикари успел обчистить их до нитки.

— Полный вперёд! — выкрикнул Базилио, с силой толкая рычаг скорости.

Базилио чувствовал себя на катерах, словно в своей стихии. Он летал между ними, на ходу настраивая новый курс, сверяясь с навигацией, поправляя отклонения. Он буквально дирижировал мини-флотилией, как маэстро — оркестром, плавно направляя катера в обратный путь.

— Как думаешь, Николай отпустит наших друзей, когда мы предоставим ему пленников? — спросила Кисса Шикари, уткнувшись тому в грудь.

— К-конечно! — без доли сомнений ответил он, — А если не отпустит…— зловеще произнёс он на родном языке, — То и разговор будет другим…

— Шикарик, — Кисса вздохнула, — Тебе лишь бы кого-нибудь прикончить… И почему нельзя жить в мире и дружбе?

— Мы так и живём.

— Бэ… — Кисса поморщилась, и они рассмеялись, прижимаясь к друг другу ещё сильнее.

Глава 17

Огненный трезубец в руках Ланы пульсировал, словно живой. Из его наконечников вырывались струи адского пламени, тут же соединяясь в один мощный огненный поток, способный расплавлять камни. С жутким гулом струя пламени пролетела мимо меня, обдав замершего великана, сидящего в позе лотоса.

— Чёрт! — выругался я.

Жар от пламени оказался настолько сильным, что моё лицо и шея моментально лишились ледяной корки.

Оказавшись рядом с Ланой, я взглянул на гиганта, которого было едва видно из-за огня. Покрытый трещинами и древними рунами, он продолжал неподвижно сидеть. Я заглянул ему в глаза и увидел там бушевавшую метель, которую ничто не могло погасить.