Неродная сестра мажора

— Иди отсюда, — внезапно шлепает по бедру девицу на своих коленях Дубов, до этого молчавший.

— Ты чего? — возмущается яркая брюнетка. — А как же…

— Я передумал, — отрезает он.

— Козел! — зло бросает девушка, хватая свой телефон со стола и походкой от бедра удаляясь от нас.

— Блин, да что с тобой сегодня? — психует Жека. — Отдал бы ее мне, если настроения нет.

Меня коробит от их отношения к девушке, как к переходящему призу, и видимо, выражение моего лица ясно говорит об этом, потому что Фед усмехается, впервые за вечер проявляя эмоции.

— Не парься, Асенька, она просто ищет немного наличности за перепих, — говорит он. — Не нужно включать фемку.

— Ой, да иди ты! Вы просто… Нельзя так обращаться с людьми!

— А ты думаешь, твой братик чем-то от нас отличается? — ржет Жека, хлопая Феда по плечу.

— Захлопнись, — недовольно смотрит на него Кир.

— Да что с вами со всеми сегодня? — негодует Жека. — Что, кто-то объявил день тухлых людей?

— Ты прав, здесь тухляк, — говорит Кир. — Пойдем домой, мелочь? Ты уже натанцевалась.

— Ладно, — соглашаюсь я, вставая, потому что и сама не горю желанием сидеть с его друзьями.

— Эй, вы чего, время детское! — пытается остановить нас Жека.

— И правда, могли бы остаться, — говорит Фед и мне совсем не нравится его пристальный взгляд на мне. Как и Киру, потому что его рука на моем плече напрягается.

— Мы уходим, — начиная злиться, говорит Кир, направляя меня к выходу.

— Сладких вам снов, детки! — кричит нам вслед Дубов, и, то ли у меня паранойя, то ли в его словах действительно прозвучал намек.

Вот дерьмо, неужели он все-таки видел, как мы целовались?

— Что он имел в виду? — в панике спрашиваю я у Кира, как только мы оказываемся на улице.

— Успокойся, он просто придурок, — кажется, совсем не волнуется Кирилл.

— Но он же явно на что-то намекал!"

"— Тебе показалось, я его лучше знаю. Не бойся так, Ася, Фед не стал бы молчать, если бы знал что-то.

— Ты уверен? — спрашиваю я.

— Уверен, — отвечает Кир, но отчего-то мне кажется, что он врет.

Глава 23

Вчера я настояла на том, чтобы Кир ушел спать к себе, аргументировав это тем, что папа утром может заехать, чтобы переодеться. Парень (я усиленно отвыкаю называть его про себя братом, потому что это принимает какой-то извращенный оборот, учитывая, что мы с ним спим) не выглядел довольным, но не стал спорить.

А утром я просыпаюсь от того, что кто-то нагло забирается в мою кровать и принимается меня лапать.