Неприятности в старшей школе

Взгляд Ролланда мечется между нами четырьмя. Он останавливает его на мне, когда я резко произношу:

– Нет.

Его брови взлетают вверх:

– Нет?

– Нет, мать вашу. – Я скрещиваю руки на груди. – Если они едут, то и я с ними.

Он тоже скрещивает руки, присаживаясь на стол.

– Это был не вопрос. Мне нужно поговорить с тобой. С глазу на глаз.

– О чем? – спрашивает Мэддок, но не получает ответа на свой вопрос.

– Если хотите поговорить, говорите здесь. Мне нечего скрывать. А вам? Почему вы играете в молчанку? – я бросаю ему вызов, и он пронизывает меня взглядом.

– Боюсь, это не прокатит, – медленно произносит он. – Мне нужно поговорить с тобой наедине.

– Ну что, мне очень жаль, – рявкаю я, и в его взгляде появляется злоба.

Мэддок делает шаг.

– Она поедет…

– Послушай-ка, девочка, – перебивает его папа, но Мэддок встает между нами.

– Я сказал, она поедет с нами, – заявляет он, и внутри у меня все сжимается.

Да, малыш.

– И сейчас мы ничего не будем менять. – Он медленно оглядывается на меня через плечо.

Они не смогут услышать меня, как слышали у моей мамы, но они непременно заметят, если я вытащу свой нож и брошу его в чертово окно.

Он не думает, что нож мне пригодится. В обратном случае наша прошлая ночь прошла бы совершенно иначе.

Мы с ним крепко сшиты иголкой с ниткой.

Если я оторвусь, истекать кровью будет он.

Моя обеспокоенность переполнила меня и проникла в него.

Ройс, поколебавшись, встает с барного стула, и я перевожу взгляд на него.

Он кивает, хмурясь, они берут свои вещи и выходят на улицу.

Не медля ни секунды, я поворачиваюсь к Ролланду, который, конечно же, пытается считать каждое мое движение.

– Ваши сыновья очень нетерпеливы, так что… – я вскидываю руку, приглашая его говорить.

Ролланд молча слегка откидывается назад.

– Ладно, отлично. Вы, очевидно, ждете, когда я выскажусь.

– Да.

– Какую часть?

– Все, – с легкостью признается он.

У меня слегка ускоряется пульс.

– Зачем?

– Это было необходимо. И я отвечу на вопрос, который ты все не решаешься задать: мои сыновья ничего не знали.

Я слегка запрокидываю голову назад, делаю шаг вперед и кладу руки на барную стойку.

– Не притворяйтесь, будто знаете меня. И не вкладывайте в мой рот свои слова.