Непокорная невеста

У Джулианы защемило сердце. Глупый граф, которого она ни в грош не ставила, сумел-таки найти веский аргумент против ее замужества. Сам того не ведая, он попал прямо в цель, заговорил о том, чего Джулиана более всего желала и чего ужасно боялась.

— Кто вам рассказал все эти глупости? — воскликнула она.

Феликс заговорщически огляделся по сторонам, словно из-за каждой колонны на него могли наброситься убийцы."

"— Один верный человек. Он желает мне добра. И вам тоже. — Карие глазки графа впились в ее лицо. — Он думает только о вашем благе.

Это Хью, подумала она. Больше некому, и ее сердце пронзила невыразимая горечь.

— Неужели вы верите всему, что вам говорят?

Тут Феликс наконец разозлился:

— Вы такая циничная! Ни один приличный рыцарь не возьмет вас в жены!

— Каждый раз, когда я высказываю хоть какое-то мнение, вы говорите, что я веду себя не по-женски. — Она сердито топнула ногой. — Зачем мне нужен такой нудный муж?

У него отвисла челюсть.

— Вы… Вот снова вы заговорили почти как мужчина.

— Вы тоже, Феликс.

Он прищурился, смысл оскорбления дошел до него не сразу, но когда стрела достигла цели, Феликс размахнулся и хотел ударить ее по щеке. Джулиана была наготове и проворно перехватила его руку.

— Ведьма! — заорал он. — Исчадие ада!

В зале стало тихо, все обернулись.

Джулиана, охваченная страхом, гневом, а также чувством своей правоты, крепко держала его за руку. Феликс вскочил:

— Я предложил вам стать моей женой! Я хотел избавить вас от позора! А вы мне отказываете? Отказываете? Ну, я вам покажу! Будете знать, каков граф Монсестус!

Он обхватил ее за талию и хотел поцеловать в губы.

— Ну уж нет! Я сама с ним разберусь.

— Миленький замок, очень миленький, — сказала Изабелла графиня де Лоше, снимая перчатки и оглядывая крепостные стены своими редкими по красоте изумрудными глазами.

Жоффруа граф де Лоше пожал плечами:

— Думаю, сын, ты достоин большего.

Раймонд сердито приказал конюхам позаботиться о лошадях.

— Это как раз то, на что я рассчитывал, отец.

— Сомневаюсь. Довольно жалкий пейзаж. А замок просто доброго слова не стоит. Таким и волчья стая побрезгует.

Лицо старого графа было все еще прекрасно. С годами оно несколько обрюзгло, однако благородная осанка сохранилась.

— А я-то думал, что Генрих относится к тебе по-родственному.