Ненавижу мажоров (СИ)

Смотрю в глаза главарю этой банды, вернее будет сказать главарю всего этого университета, задираю вверх подбородок, сжимаю кулаки так, что ногти врезаются в ладони и выпаливаю:

— Отойди, чо встал на дороге!

Брови этого красавчика взлетают вверх, на губах появляется противная, но безумно привлекательная усмешка. Видимо он не ожидал, что я проигнорирую его привлекательность и не потеряю дар речи, как другие девчонки.

— Так, так, так… и кто это у нас тут такой бесстрашный? — Вот черт, у него даже голос такой, что шансов не расплавиться и не стечь прямо под его модные ботинки, у меня с каждой минутой все меньше.

Аууу, Никуля, что за мысли у тебя в голове, может кофе был слишком сладким или карамель не стоило добавлять в напиток, совсем мозги засахарились. А этот брутальный красавчик тем временем продолжает гипнотизировать меня взглядом, а потом переворачивает лист в своей руке и его лицо просто звереет на глазах. Упс, это, наверно, контрольные работы этих болванов с пятого курса были. Твою мать, попала дак попала, и ведь не сбежишь, с одной стороны Юлька стоит, с другой застыл очкарик-первокурсник, а за спиной Гордеева его многочисленная свита.

— Ты хоть понимаешь, что натворила, мелочь лохматая? — рявкает на меня это огромное чудовище и брезгливо проходится взглядом по моей одежде.

И видимо, раз на мне нет брендовых шмоток, то я уже и не человек вовсе. А лохматой, судя по всему, он назвал меня из-за моих длинных распущенных волос, которые растрепались пока я ползала по полу и собирала эти несчастные листочки.

— Ты подставить что ли нас с ребятами решила, выкинув наши работы, будто их и не было. А не боишься, что ответка прилетит такая, что не осилишь. А если я сильно постараюсь, то и из универа вылетишь, как пробка, — продолжает угрожать эта детина, надвигаясь на меня, как скала.

Но это предположим вряд ли, я то тоже не так проста, как кажется на первый взгляд.

От этой мысли чуть не захихикала. И нет бы мне хоть какое-то подобие страха на лицо напустить, дак нет, даже в голову такое не пришло.

Тем временем, мажор этот схватил меня за рукав толстовки и притянул к себе так близко, что аж дыхание перехватило. Я в шоке уставилась на него, широко распахнув глаза."

"— Сейчас ты аккуратно соберешь все листочки, отнесешь их на кафедру, под моим чутким руководством, а потом мы решим, что с тобой сделать, — говорит и начинает так мерзко улыбаться, что аж мурашки по спине ползут. От нехорошего предчувствия, скорее всего. Но это, блин, не точно.