Недостойная

Берт чувствовал себя так, словно его придавило могильной плитой.

— Ты поймёшь. Со временем обязательно поймёшь.

— Ты имеешь в виду — ко мне вернётся память?

— Не обязательно. Ты осталась собой, Эн. Целеустремлённой и талантливой девушкой, которая сможет добиться всего, чего захочет. Если ты захочешь понять — поймёшь.

— Я хочу. Уже хочу.

Он в этом и не сомневался.

— Хорошо. Но пока об этом рано говорить, нужно заняться основами. А после обеда я вновь отлучусь.

— Да? — Эн расстроилась. — Куда?

Берту очень хотелось закатить глаза.

— В одно место, где собирается целая куча талантливых бездельников.

Звонок в дверь раздался через час после обеда, когда они с Эн пересели за учебник по начальной географии и она с интересом принялась изучать карту мира. И несмотря на то, что Берт прекрасно помнил, кто должен прийти, он всё равно вздрогнул от неожиданности.

Гектор Дайд, когда Арманиус спустился со второго этажа, был невозмутим и вновь напоминал стройное и несгибаемое дерево.

— Готовы? — поинтересовался, не поздоровавшись, и поправил белые перчатки.

Берт кивнул, и тут со второго этажа раздался голос Эн:

— Здравствуйте, айл Дайд!

Дознаватель кивнул и, к удивлению ректора, чуть улыбнулся, посмотрев вверх.

— Добрый день, Эн. — В его ледяном голосе Берт уловил толику симпатии. Или почудилось? — Как вы себя чувствуете?

— Неплохо, спасибо. А… — Она на секунду запнулась, но всё-таки решительно продолжила: — А мне нельзя с вами?

Арманиус усмехнулся — в этом была вся Эн.

"— Нет, — ответил Гектор строго. — Не волнуйтесь, я верну вам архимагистра в целости и сохранности.

— Я надеюсь, — вздохнула Эн, — он только начал учить меня географии. И мне не хотелось бы потерять своего учителя прежде чем я выжму из него всю информацию.

Это настолько напоминало прежнюю Эн, что Берт не выдержал и засмеялся. Дайд тоже улыбнулся, причём настолько широко и искренне, что вдруг стал похож на человека, а не на дерево или змею.

— Тогда тем более — я обязан вернуть вам вашего… учителя.

Арманиус решил сделать вид, что не заметил заминки перед словом «учителя». Если Гектору действительно удастся раскрыть это дело, он простит ему всё на свете.

Видимо, точно так же всё прощали Дайду и остальные — раз он до сих пор был жив, невзирая на свой не слишком приятный характер.