Недотрога в академии некромантов

 — Как твои ручки? Болят?

— Спасибо за беспокойство, — глупо улыбнулась, поставила на стол поднос и взяла сок. — Это тебе. В знак примирения.

Рыжий недоумённо уставился на стакан в моих руках.

— Отравить меня решила?

— Ну если не хочешь… — пожала плечами и медленно стала подносить сок к губам.

— Дай сюда, — грубо выхватил стакан и выпил половину. — Вкусно, — довольно усмехнулся, подмигнул мне и пошёл дальше.

Я опустила голову, пряча победную улыбку. В этот момент в столовую вошёл Каян. Все притихли, чего-то ожидая, и только Крайден демонстративно направился к раздаче.

«Ну давай… проходи мимо, не загораживай проход…» — мысленно цежу, а в нос ударяет запах ледяной свежести и сырой земли.

— Что тебе нужно? — притворно улыбаюсь, поднимая голову.

— Ты, — усмехается Каян, пристально глядя мне в глаза. И зачем стоять так близко? — Ешь и пошли, — говорит непринуждённо и идёт дальше, вынуждая смотреть ему вслед.

И что он, интересно, задумал?

21. Игра, в которую играют двое

Еда хоть и казалась немного пресной, но всё же лучше той овощной каши, что я вывернула на форму Каяна.

Рядом со мной села Белла, за ней Амелия, а вот Ева заняла место рядом с Каяном.

— Как Риден? — спросила она непринуждённо.

У меня было только одно желание, сбежать из столовой, пока слабительное не начало действовать. Иначе… Нет, Рыжий вряд ли догадается, но мало ли.

— Его завтра отпустят, — равнодушно отозвался Каян, деликатно кушая.

Ева немного замялась, явно, испытывая волнение.

— Зачем ты сел сюда? — прямо спросила я. — Других мест в столовой нет?

Каян поднял голову, взгляд его сверкнул нехорошим таким огоньком, а меня мгновенно бросило в жар, словно кто-то толкнул в жерло вулкана.

— Поумничать решила? — ровно поинтересовался он. Протянул руку и взял ломтик моего хлеба.

— Специально? — поинтересовалась тем же тоном. — Чего ты добиваешься?

Каян впервые усмехнулся.

— Если бы я знал… всё было бы просто, — произнёс предельно открыто, глядя мне в глаза.

Ну хватит!.. что за глупые игры?!.. кричу мысленно, а сама не в силах разорвать зрительный контакт.

Судорожно выдыхаю и опускаю голову. Подношу ложку к губам, но вкуса совершенно не чувствую.

Самое ужасное, что в столовой царила могильная тишина. Даже девочки сидели и не дышали, глядя на нас.