Не сможешь отказаться

— И как ты это понял?

— Я был ее мальчиком для забав из Греции, последним любовным приключением перед тем, как она вышла замуж за гораздо более зрелого миллионера из Америки. «Я хорошо развлеклась с тобой», — сказала она, целуя меня на прощание. Развлеклась…

Ари с трудом заставил себя произнести эти слова, мысленно проклиная свою слабость, которая проявила себя столько лет спустя.

— Тебе было очень больно, — сочувственно прошептала Кристина.

Он пожал плечами:

— Вряд ли я смогу полюбить вновь, если это сильно беспокоит тебя, Кристина.

Я не хочу больше быть чьей-то игрушкой.

— Ты считаешь, что сможешь всегда жить, подчиняясь холодному рассудку?

— Я так живу с восемнадцати лет."

"Но она и Тео стали исключением. Его сердце принадлежало теперь сыну, и, по словам адвоката, он совсем потерял голову, соглашаясь на условия брачного контракта с Кристиной. Но сам он был уверен, что не нарушит условий договора. Ему нравилась Кристина, он восхищался ей. У них будет счастливый брак… много детей… семья…

— Мне было восемнадцать, когда я влюбилась в тебя.

Эти слова, произнесенные тихим голосом, заставили Ари почувствовать себя не столь уверенным в своих планах, по позвоночнику пробежали мурашки. Ее темные глаза были лишены какого-либо выражения, она смотрела на него, пытаясь угадать, провел ли он параллель между своей историей и тем, что случилось с ними. Он не просто испытывал боль, он навсегда потерял веру в ценность любви, веру в возможность создания серьезных отношений, основанных на глубоком доверии.

Он никогда не сможет полностью раствориться в другом человеке.

Неужели все это чувствовала Кристина после расставания с ним? Он проделал большой путь, отвлекая ее от мыслей о прошлом и помогая сфокусироваться на настоящем и их совместном будущем? Неужели он нашел ключик к разгадке? Ему невыносимо было думать, что он поступил с ней так же, как с ним поступила когда-то та женщина.

Пока он искал слова, чтобы выразить то, что творилось у него в душе, она опередила его:

— Ты тоже развлекался со мной?

— Ни в коем случае! — решительно отверг он ее предположение.

Он наклонился, умоляя ее быть справедливой по отношению к нему. — Тогда в моей жизни больше никого не было, Кристина. Я не играл с тобой и не собирался затем, бросив тебя, жениться на другой. Я никогда не смотрел на наши отношения как на мимолетное развлечение, ни на мгновение, клянусь. Я был очарован тобой.

— Совсем ненадолго, — горько усмехнулась она. — Я хорошо понимаю женщину, которую ты заманил.