Не твоя дочь

Иногда я замечала, что Ванька фотографирует или снимает Варю на телефон и кому-то сразу отправляет, не сомневалась, что Глебу. Посторонним Иван не стал бы пересылать снимки племяшки.

— Глеб, привет. Нужна твоя помощь, — не слышу, что отвечает Тихомиров, а Ванька уже продолжает: — Миладе сегодня гипс должны снять, детей не с кем оставить, не тащить ведь их с собой в больницу.

Представляю эту картину: у Вани в каждой руке по младенцу, а я рядом на костылях прыгаю, в любой момент могу поскользнуться и улететь. Я, наверное, не буду возражать, если Глеб сегодня несколько часов посидит с детьми.

— Ждем тебя, — Ваня отбивает звонок, поворачивается ко мне. — Я с мелкими останусь, а ты с Глебом отправишься в больницу…

Глава 40

Милада

С Глебом, значит?

Подозрительно смотрю на друга, он в ответ выгибает вопросительно бровь. Весь этот диалог происходит без единого слова.

— Ничего, — мотнув головой. Злого умысла я в действиях Ваньки не наблюдаю.

«Глеб так Глеб. Мне какая разница, главное, что избавлюсь от гипса», — убеждаю себя, стараясь не обращать внимания на волнение.

— Пойду перетру им овощи, — сбегаю от проницательного взгляда Вани."

"Я себе не готова признаться, что радуюсь появлению Глеба. Все эти дни я думала, что пора ему разрешить видеться с Варей на постоянной основе, а то малышка Ваньку папой называть начнет, а это неправильно. Моя злость и обида на Тихомирова не должна сказаться на его взаимоотношениях с дочерью. Ванька – любимый дядя, а папа – Глеб. Он с ролью отца справится, в этом у меня нет сомнений, иначе не позволила бы ему приблизиться к дочке.

Глеб все равно не отступит и никуда не денется из наших жизней, нужно учиться ладить и мирно сосуществовать ради малышки. Мы родители, а это значит, что Варя должна чувствовать максимальную любовь и заботу обоих. Наши разногласия останутся за стенами ее мира. Нельзя впутывать ребенка в отношения взрослых.

Перетерев овощной суп с кусочками телятины в блендере, зову Ваню. Пока он кормит Варю, я кормлю Борю, в четыре руки быстро управляемся.

— Пойду переоденусь, — сложно выглядеть красиво и стильно с гипсом на ноге; широкие штаны – все, что я могу себе позволить. Компенсирую свой спортивный вид макияжем, который освежает мое лицо, прячет тени под глазами. В пакет кладу кроссовки, носки и влажные салфетки.

Волнение не проходит. Я впервые за долгое время останусь с Глебом наедине. Накатывают воспоминания из прошлой жизни, как, садясь к Глебу в машину, я всегда остро чувствовала нашу близость.