(не) случайный наследник для босса

Почти бесшумно Виталий подходит сзади и упирается подбородком мне в плечо. В этом жесте нет ничего предосудительного. Лишь легкий намек на то, что между нами возможно нечто большее.

– Ты вкусно пахнешь, – выдыхает мужчина мне в ухо.

А потом уверенным жестом разворачивает меня на сто восемьдесят градусов, вынуждая наши взгляды пересечься. В его глазах я вижу мерцающий огонь томления, но сама, хоть убей, не ощущаю ничего похожего. Ни жажды, ни тоски, ни желания.

Глава 37

Меня будто опустошили. Высушили до предела, и я больше ни капли не могу из себя выдавить.

Раньше я получала удовольствие, целуясь со Светлаковым. Мне нравился вкус его губ и аромат его кожи. Я правда наслаждалась процессом. Но сейчас во мне что-то перемкнуло. Виталий тянется ко мне, наше дыхание перемешивается, а я не испытываю ничего, кроме острого желания выдумать какой-нибудь благовидный предлог и скрыться в ванной.

Чтобы нормализовать пульс. Чтобы дать себе время еще раз все обдумать.

– Что-то не так? – догадывается он, переводя взор на мои плотно сжатые губы. – Я тебя чем-то обидел?

– Нет-нет, все в порядке, – бубню растерянно. – Мне… Мне просто надо в уборную. На пару минут, если ты не возражаешь.

– Эм… Ну конечно, иди, – он отступает. – Дорогу ты знаешь.

Ныряю в ванную и закрываю за собой дверь на щеколду. Да что ж это со мной, черт возьми, такое? Еще совсем недавно я планировала сделать вечер незабываемым, а теперь вот сижу на опущенной крышке унитаза и по неизвестным причинам пасую.

Трясу головой, надеясь этим движением избавиться от иррациональных мыслей, но они по-прежнему со мной. Не уходят и не исчезают. А через пару секунду становится еще хуже, потому что в сознании нежданно-негаданно всплывает голос Вавилова и наш с ним спонтанный поцелуй в кабинете.

Как странно… Тогда я не испытывала ни страхов, ни сомнений, хотя, если вдуматься, происходящее между нами было неправильным и недопустимым.

Где здесь логика? Или все же правы те, кто утверждает, что у женщин она отсутствует?

Покусывая губы, поднимаюсь на ноги и подхожу к зеркалу. Вид у меня, прямо скажем, подавленный: кожа бледная, а в ярко накрашенных глазах читается испуг.