Не попадайся ему на глаза

Потому что сегодня он чуть ее не потерял. И это было страшно.

— Ты со мной.

Слова сами вырвались. А она вскрикнула и тоненько всхлипнула, кивая:

— Даааххх…

И начала сжиматься вокруг него. Это была грань, за которой уже не было власти над своим телом. Только жадные, голодные толчки, достающие до самого сердца.

Рук не разжал и после.

Ты со мной.

***

Уже два свидания из десяти.

Сегодня они были вместе. А с тем, что будет завтра, она как-нибудь разберется.

глава 23

Сколько бы ни длилась ночь, всегда наступает завтра.

Пробуждение было тихим. Она просто вдруг поняла, что он уже не спит.

Вадим лежал, прижимая ее спиной к своей груди и ждал, пока она проснется. Сколько он так лежал и как догадался, неизвестно. Ведь она даже не пошевелилась, даже глаз не открыла.

— Как ты? — прошептал на ухо.

Как? Для нее эта ночь в гостинице казалась потусторонней, нереальной, словно они на время выпали в другой мир.

— Хорошо, — пошептала Инга и улыбнулась, не открывая глаз.

— Иди ко мне, — хрипловато рыкнул он, разворачивая ее и подминая под себя.

А у нее мурашки по коже волной. И да, она с готовностью приняла его. Без оглядки, и гори все огнем. Потому что сказка кончилась. Им надо было возвращаться в обычную жизнь, а не хотелось…

Хотелось лежать вот так в постели с ним весь день. Но нельзя.

***

— Что удалось выяснить? — спросила она у Вадима за завтраком.

Тот на минуту отложил приборы и уставился в сторону, сжимая кулаки.

— Давай не сейчас, ладно?

Немного резко вышло, Инга вздрогнула.

Потом все-таки сказал:

— О том, что произошло в туалете. Этот гандон. — Вадим снова со злостью отбросил вилку. — Сначала пытался отбрехаться, что случайно вошел. Мол, не хотел пугать, но ты сама дернулась и поскользнулась. Потом, когда надавили и записи с камер показали, начал петь, что у него был к тебе романтический интерес.

— Что?

— Трахнуть тебя хотел.

Сначала Инга обомлела.

— Нет, не хотел он ничего такого, — сказала поежившись.

— Знаю, — хмыкнул Вадим. — Когда ему сказали, дверью прищемят все хозяйство, признался. Но причастность к взрыву отрицает категорически. Ссылается на то, что тот момент у него алиби.

Нет, хотелось ей сказать. Но…

— Ну может быть, — наморщила лоб Инга.