Твоя на одну ночь

Я нашла это вполне романтичным и не поняла, почему ее величество это так взволновало. Совсем недавно она говорила, что ей нравится Эдит Лурье, и она будет рада, если та станет женой принца Эмильена."

"– Ах, ваша светлость, всё дело в том, что моего брата сейчас нет во дворце! Он уехал в наше загородное имение, чтобы привезти мне оттуда шкатулку с драгоценностями, которые я носила в юности и которые хотела бы забрать с собой в Камрию. И раз Эмильен сейчас не здесь, то…

– То кто-то другой позвал мадемуазель Лурье в беседку, – продолжила я ее мысль, – чтобы ее скомпрометировать.

– Боюсь, что так! – королева вцепилась в подлокотник кресла так, что костяшки ее пальцев стали белыми. – Если Эдит застанут в беседке с мужчиной, это нанесет непоправимый ущерб ее репутации, и отец никогда не позволит Эмильену на ней жениться.

Она сходила с ума от беспокойства, но ничего не предпринимала. Она по-прежнему сидела в кресле и, кажется, собиралась расплакаться.

– Ваше величество, мы должны немедленно отправиться туда!

В ее взгляде отразилось страдание.

– Я не могу, ваша светлость! Ах, вы не понимаете, это – большая политика и даже ради счастья брата я не решусь в нее вмешаться!

Я ничего не понимала. Она – королева! Одного ее появления в беседке будет достаточно, чтобы уберечь Эдит Лурье от необоснованных обвинений. Так почему же она медлит?

– Вы боитесь за свою репутацию, ваше величество? – предположила я. – Но мы же отправимся туда вдвоем, и там будет мадемуазель Лурье. Не думаю, что ваш супруг подумает, что вы пошли на свидание в столь многочисленном сопровождении.

Она всхлипнула:

– Нет, ваша светлость, дело вовсе не в этом. Боюсь, что именно мой супруг мог приложить к этому руку. Вы удивлены? Герцог Лурье десять лет назад был одним из самых яростных противников заключения мира с Камрией, и эти воинственные настроения остались у него до сих пор. Он не теряет надежды вернуть Эльзарии Анжерон, Тильзир и Монглод, и если мой брат женится на Эдит, то влияние его светлости при дворе только усилится.

Она взывала к моему сочувствию, но ее бездействие вызвало у меня лишь раздражение.

– Подумайте о бедной девушке, ваше величество! Ее скомпрометируют, обесчестят в глазах всего двора. Что ей после этого останется делать? Утопиться в том самом пруду?

– О, нет! – испуганно возразила королева. – Уверена, что Алан подумал об этом.