Не подарочки для полковника. Воронцовы (СИ)

— Вы не понимаете, если мы не зайдем, тогда он будет волноваться гораздо сильнее! — информирую я, прикрывая собственные оголенные ноги маленькой сумочкой.

— Вы кто? — тычет в меня пухлым пальцем.

— Невеста…

— А они? — окатывает холодным взглядом троицу Шурочкиных.

— Бывшая невеста и сыновья Воронцова! — выпаливаю я.

— Вот значит как! Две невесты на одного мужика и ни одной жены. Грустно, однако.

Дверь палаты открывается, оттуда высовывается красивое округлое лицо Марии Покровской.

— Заходите!! Чего застряли? Миша только вас и ждет!!

— Кого именно? — нервно озираюсь на Шурочкиных.

— Всех четверых!!

— Я пожалуюсь врачу, — мяучит медсестра на посту, и куда-то убегает.

А мы гуськом просачиваемся в реанимационную палату.

Миша лежит на кровати, прикрыв глаза, будто устал. Едва приближаемся к нему, как он распахивает глаза, ощутив дуновение ветерка, который мы пригнали из коридора.

— Ты? — его глаза выхватывают первой меня. Глядит осуждающе на мои шорты. — Я куплю тебе паранджу, чтобы не ходила в полуголом виде по Москве, пока я «сплю»!

Мое сердечко замирает.

Пока копаюсь в своих мыслях, Миша переводит взгляд на пацанов.

— Это второй? — пациент с трудом шевелит рукой, подзывая к себе мальчишку.

Антон делает осторожный шаг вперед и замирает…

А потом всё идет не по плану — пацаны бросаются к отцу, падают перед кроватью на колени, хватают отца за руки, в голос вопят:

— Папка, только не умирай!! Так нечестно.

— Смотри, какой список! Леха достает из кармана бумагу, долго ее разворачивает, пока у него в руках не оказывается лист формата А4, испещренный крупным детским почерком. Здесь список того, что мы должны с тобой вместе сделать!

— С чего вы взяли, что я собрался на тот свет? Я абсолютно здоров! МРТ показало, что травмы головы нет. Скоро выпишут, — Миша поднимает крепкую руку и гладит пацанов по светло — русым головам.

— Может, расскажешь, как так вышло?! — голос Миши теряет свою нежность, приобретает металлические нотки. — Что я не знал про детей десять лет?

Не сразу понимаем, что он обращается к Серафиме, спрятавшейся за широкой Машкиной спиной.

— Машуля, радость моя, забери племянников. Погуляйте!

— Мы хотим остаться! — «двое из ларца» спорят с отцовским решением.

— Нет! — отрезает Миша.