Не подарочки для полковника. Воронцовы (СИ)

 — Ты как никто должен понимать, мы давали клятвы служить Родине. Время пришло! Сейчас главное, служить, а личные выгоды оставь Воронцов на потом.

Ее слова жесткие верные, сказанные от всего сердца, бьют наотмашь.

— Я подожду, — стойко произносит Воронцов. — Тебя проводить?

— Нет уж. Останься с невестой. На ней лица нет, бледная как поганка, а ты даже не заметил! Мужчина! — цедит с обидой за меня Шурочкина и размашистым шагом идет на выход.

— Такси вызови, чего стоишь? — командует Мишке, который замер, разглядывая мою побелевшую физиономию.

Тяжело сглатываю.

— Иди…

Рассказывать о том, что стряслось сегодня в парке, Машка строго настрого запретила ему и матери. Молчу как партизан.

Вот и появилась у нас с Майей и Марией одна большая тайна на троих. Теперь мы с сестрами Миши стали закадычными подругами, скрывающими одну неприятную тайну.

Прощаемся с Серафимой, остаемся с любимым наедине.

— Злишься на меня? Малыш, пойми, очень скучаю по детям, — невнятно извиняется Миша. — А с Фимой у меня ничего нет, ты же знаешь, что люблю тебя, — притягивает к себе.

"От нашей близости не понимаю, что творю, говорю, забываю, что только что ревновала, что сегодня чуть не потеряли Алиску.

Когда Миша гладит по спине, растворяюсь в его руках, мой мозг отключается.

Меня топит в эмоциях, неподвластных разуму и тело не подчиняется командам.

Воронцов хватает за талию, крепко прижимает к себе. Так крепко, что нечем дышать.

— Миша, пожалуйста… устала.

Крепкие руки жадно скользят по моим бедрам, горячие губы вцепляются в шею.

— Поля! Поля!

— Воронцов! — отчаянно отталкиваю мужчину от себя.

Смотрит на меня потемневшим ничего не понимающим взглядом.

— Что не так?

— Она же не будет жить здесь, с нами? Пообещай!

— Поля… — тихий стон вползает мне в душу. — Я хочу, чтобы дети всегда были рядом. Не могу же я разлучить их с родной мамой…

Вся дрожу. Зябко веду плечами. Холод лижет между лопатками, а щеки горят от негодования.

— Нехорошо это всё! Отпусти меня в душ.

До Миши только сейчас доходит, что я вернулась из парка одна.

— Где Стефания?

— Майя забрала ее к вам с намерением показать Воронцовское семейное гнездо. Заманила мини-зоопарком, детским городком и детским праздником.

— Хорошее дело. Иди милая, — целует в скулу, отпуская в душ.

Глава 39

Полина

Любимый толкает меня на кровать, следит за моим падением на мягкий матрас. Падает следом. Хорошо, что не на меня.

— Отправишь меня прямиком в рай? — намекаю на продолжение.