Не отвергай босса, опасно!

— Юль, я переживала, ждала твоего звонка, сама не решалась — знала, стоит мне услышать о твоём бывшем, опять сорвусь и выскажу, что о нём думаю, а разрушать твоё счастье не хотела. Теперь понимаю, что зря. Но, если бы ты позвонила, когда он бросил тебя беременную…

— Подождите, — тут уже влезла мама Марата, и доселе стоящая возле дверей Мария Фёдоровна быстро её закрыла и плюхнулась на диван, и не скрывая любопытства. А мама моего мужчины продолжила: — Юль… бывший муж?

— Я вам об этом и хотела рассказать.

— Совратил-таки, негодник! — возмутилась она. — Я б ему за это… — потрясла она кулаком, но потом опомнилась. — Но за то, что подарил внучку — прощу.

— Юля, кто эти люди? И что значит «внучка»? Алиса же дочь Сергея? — с недоумением посмотрела на меня Валентина Степановна. Видя, что я тяжело вздохнула, она поняла, что я от неё скрыла самое главное. — Так деточка, что-то мне подсказывает, ты рассказала не всё, вернее, почти ничего.

— Не смейте повышать голос на мою дочь! — не менее грозно произнесла свекровь. У моей родственницы отвела челюсть, но она сумела совладать с собой, отвела взгляд от мамы Марата и медленно перевела его на меня:

— Юля, что происходит? Почему это женщина говорит, что ты её дочь?

— Я сейчас всё расскажу, только пообещайте, что Марату ничего не говорить, — посмотрела с мольбой на Светлану Николаевну.

— Если считаешь, что моему сыну чего-то знать не нужно — я ничего не скажу. –

Больше тянуть я не стала и рассказала, как все было на самом деле. Когда закончила, воцарилась гнетущая тишина. Первой её нарушила свекровь."

"— Теперь понимаю, почему ты попросила сыну ничего не говорить. Он бы разорвал твоего бывшего голыми руками.

— По мне для него это лёгкое наказание, — влезла Валентина Степановна, — да и мамаша твоя тоже заслуживает наказания.

— Ба, не нужно, — испугалась я за мать.

— Нет, дорогая, давно нужно было это сделать.

— Валентина Степановна, что вы собрались с ней сделать? — испугалась я.

— Лишить самого важного — денег.