Не отвергай босса, опасно!

— А… должна?

— Конечно, я же ей успокоительных дал, — подходя ко мне, он взял ручку дочки и начал прощупывать пульс, помолчал, опустил руку, — всё нормально. В общем, так, Марат, забирай своё сокровище, и дуйте домой, вам тут делать нечего. Я сам вас навещу завтра. Советую начать морально готовиться к встрече с родителями, они через пять дней будут у вас. Мама хочет тебе устроить взбучку, но счастлива, папа тоже, я имею в виду — счастлив."

"— Твою ж! — вырвалась у меня. Не то, что я не рад родителям, наоборот, я всегда за, чтобы они ко мне приезжали.

— А оттянуть столь радостное событие… никак нельзя? — поинтересовался у друга семьи.

— Не получится.

— Понятно, Михалыч, прошу, только моей жене ничего не говори, я сам её подготовлю, сейчас ей и так тяжело.

— Хорошо, эту радостную весть ты сам своей жене скажешь.

Что-то я сомневаюсь, что Юля будет радоваться.

— Прости меня, — удивился, услышав это, приподнял рукой лицо.

— Моя хорошая, за что?

— За то, что не послушалась тебя, настояла на этом чёртовом садике! Как я не догадалась, что тут нечисто.

— Объясни.

— Понимаешь, больше месяца назад Алиса неожиданно стала спрашивать о папе, ну я тогда сдуру сказала, что он потерялся.

Я подумал, что это всё было спланировано. Вопрос: кто мог знать, что Алиса — моя дочь? А учесть, что и я не знал этого, выходит, никто. Или я что-то упустил?

— Дальше, — не стал я заострять на этом внимание.

— Заметь, она стала спрашивать незадолго до появления на горизонте моего бывшего. Я, конечно, не утверждаю, но это одна из версий.

А вот это интересно — её муж работает на моего врага.

— Юль, прекрати себя казнить, этим уже ничего не изменишь. Главное, что всё хорошо закончилось, а того, кто это сделал, поверь, я из-под земли достану. И не плачь больше, мне … — хотел сказать «больно смотреть», но телефонный звонок меня отвлёк — звонил Глеб.

— Марат, не совсем хорошие новости.