Не единственная

Сейчас Аньис опьянена их летящим счастьем. Любит и любима. Он единственный для нее, и таковой она ощущает и себя. Но пройдут годы… и она ощутит его легкую отрешенность, ощутит, что что-то не так. И может принять это за равнодушие. Ощутит неуловимую разницу быть единственной или просто одной из любимых.

Может быть, стоит предупредить ее, снова дать ей выбор…?

Но теперь он просто пожалел ее. Она не поймет. Просто снова будет несчастна, будет сомневаться и мучиться. Но вряд ли откажется от него.

Нужно найти в себе силы, чтобы никогда, ни при каких условиях она не ощутила всех этих нюансов…

…А вообще-то единственная была.

Сейчас зеленые глаза призывали пожалеть девочку. Если душа одного избита пулями потерь и напитана послевкусием чужих жизней, то почему должен страдать и другой… Беречь ее до конца, в том числе от самого себя, от проблем своего долгожительства и одиночества.

Поэтому Рональд пожалел Аньис и ничего не сказал ей. Но накануне свадьбы сказал другое.

* * *Подперев рукой голову, он смотрел на девушку, лежащую рядом. Эта девушка завтра станет его женой. И он сделает все, чтобы быть ее счастьем, ее радостью и опорой.

С самого начала хранил ее, а она тянулась к нему, как к солнцу. Теперь они вместе, и ему еще сильнее хотелось оберегать ее, заботиться, как об экзотическом, хрупком цветке.

Они молчали. Можно было прочитать ее мысли, узнать точно, о чем она думает. Но зачем? Можно просто спросить. Да он и так ловил, знал, о чем думают люди без прямой телепатии. Опыт сотен лет. А чувства и мысли Аньис ощущал очень четко.

В ее душе было много любви, столько, что она сама не представляет себе. И ему повезло, что эта любовь выливается на него.

"А еще в ней живет надежда на счастье. Что оно не упорхнет, не улетит. И ей нужна опора. Аньис — не Ассантри. Она нежная, хрупкая, напуганная обстоятельствами своей жизни и драконьего пламени. Она хочет опираться на него. И опирается без женского кокетства, просто и доверчиво.

Рональд провел рукой по ее щеке.