Не единственная

По ночам она кричала, ей снилось бездушное решительное лицо Эдора, пламя и невыносимая боль сгорания… И тогда ее будил господин Рональд — по большей части он проводил ночи в кресле возле нее — аккуратно поддерживал, смотрел ей в глаза, и ужас уходил, сменяясь спокойным благословенным сном.

Он вообще стал ее главной сиделкой. Почти не отлучался, рассказывал массу историй о других странах, часть из которых вообще была не знакома Аньис. Сам поправлял ей подушки, иногда приносил еду, часто держал за руку, мягко поглаживая и успокаивая.

Она привыкла к его прикосновениям. Они были целомудренными, он касался по-другому, чем раньше. Тепло, надежно, с заботой, но не будя в ней сладких смущающих ощущений. А может быть, у нее просто не было сил на такие ощущения…

Благодаря его заботе и его почти неотрывному присутствию, болезнь превратилась в сказку. Если бы еще не терзающая слабость и головокружение, которые так надоели… Аньис теперь точно знала, что у нее, полусожженной и измученной, есть опора — ее спаситель, ее господин Рональд… И сердце заливала нежная теплая любовь и благодарность.

* * *"

"Огромный черный дракон летел на запад. Его сердце горело возмущением. Знал, что ничего не сможет сделать тому, кто носит кольцо драконов, но он должен посмотреть в глаза этому обманщику, пришедшему с миром, но нарушившему обещание. «Может приказывать, но пришел договариваться!» — с уважением говорил отец Эдора Кай ин Ви своим соплеменникам о Рональде Эль.

Альбене. Давненько он здесь не бывал. Последний раз в стародавние времена, когда его народ жил еще возле Андоррэ и хранил мир от адских сил. Невидимый, приземлился он неподалеку от столицы, сменил ипостась, отнял коня у путника, проезжавшего мимо. И, отводя глаза всем подряд, поехал туда, где чуял носителя кольца.

Вероятно, Рональд Эль тоже почуял его, потому что вышел встретить за ворота дворца.

— Приветствую тебя, Кай ин Ви, Владыка архоа, — спокойно, как ни в чем не бывало, сказал Странник.

Кай спешился, не отвечая на приветствие.

— Ты использовал кольцо против моего сына! Ты управлял его волей! — бросил он резко, глядя в лицо обманщику. — Ты обещал не применять кольцо, не приказывать нам, заверял в своем уважении.