Не единственная

И это тоже совсем другое.

— Кстати, господин Рональд, — сказала Аньис, раз уж разговор перешел к Эдору. На самом деле она давно думала об этом, нередко вспоминала Эдора и их дружбу. Да и хотелось перейти на другую тему, она слишком смущалась говорить о его отношении к ней. — Когда-то давно вы хотели, чтобы я поговорила с Эдором, если буду готова. Так вот теперь я готова, даже если вас не будет рядом, я постараюсь не бояться… Если, конечно, Эдор помнит меня…

— Он не может забыть тебя, ты его Сокровище, — серьезно сказала господин Рональд

— Я хотела бы сказать ему, что не обижаюсь, что помню и ценю нашу дружбу…"

"— Конечно, услышать это от тебя будет для него счастьем.

Встал, галантно отодвинул ей стул, и, едва касаясь плеч, направил ее к выходу из беседки. Ей захотелось откинуться на его руку, запрокинуть голову назад, казалось, это вот-вот случится само по себе.

Но не случилось. Господин Рональд мягко повел ее по дорожке в дом, молча проводил до комнаты, открыл ей дверь… И ушел. Аньис, шокированная его непонятным поведением, обессилено присела на краешек кровати.

Вчера вечером и сегодня он создавал для нее сказку. Заставлял ее голову кружиться, душу — петь, а сердце — заходиться от волнения. И больше всего хотелось поверить, дать себя закружить… Взлететь.

Но вместо этого Аньис заплакала.

Все просто. Когда она принадлежала ему и хотела принадлежать целиком — была ему не нужна. А сейчас, когда у нее появилась свобода, своя интересная жизнь, даже независимость, когда она смирилась со своей ненужностью ему — вдруг понадобилась. Может быть, она и единственный дорогой ему человек, но и этот человек нужен, только чтобы отдохнуть душой. Да и то не очень сильно и нужен…

Это было невообразимо больно.

* * *И господин Рональд, и Аньис совершенно не думали, что по дворцу тут же поползли слухи о том, что хозяин ухаживает за бывшей рабыней. Как только стало известно об ужине в саду и, что он второй день подряд провожает ее до дверей спальни, слухи, как ветер, разлетелись по дворцу. Все сделали вывод, что у господина любовь к маленькой хозяйке.