Навстречу счастью

 — Если бы Вика попросила прошения, вернулась… Ты принял бы ее с ребенком? Смог бы простить? Вдруг она до сих пор…

— Хотите сказать, любит? — понял его мысль Владимир. — Сомневаюсь: время все расставило по местам… Хотя тогда, наверное, простил бы… А сейчас нет… Для того чтобы простить — надо забыть. Чтобы забыть — надо любить. А я ее уже не люблю… В чем тогда смысл?.. Зла я на нее тоже не держу, да и обида давно улеглась. А насчет «простить»… В жизни можно все простить, кроме подлости… Путано, наверное, но красиво говорить я никогда не умел.

— Ну почему же, — не согласился Алексей. — Глубина мысли далеко не всегда зависит от правильно построенных фраз…

— И потом, с чего это вы решили, что она меня помнит? — неожиданно продолжил Чернов. — В наши дни женщины интересуются не высокими чувствами и даже не статусом избранника. Деньги и их количество — вот мерило любви."

"— Да-а-а… — прищурившись на ярком солнце, усмехнулся шеф. — Напакостила тебе в душу твоя Вика!

— Дело не только в ней, — многозначительно вздохнул Владимир.

 — В силу своего положения и занятости вы многого не замечаете, Алексей Ярославович… — Появившийся на причале шкипер на ходу подхватил фал, бросил его внутрь, шустро запрыгнул на борт, завел двигатели и стал медленно выводить катер мимо мирно дремавших белоснежных яхт, демонстрирующих торжество дела человеческих рук и толщину кошелька их обладателей. — Помните, сразу после переезда за город мы с вами посещали фитнес-клуб? Недолго, около месяца, пока в доме спортивный зал не оборудовали. Элитные посетители, точно сошедшие с обложек журналов красотки… Как-то одна из них достала мой номер телефона через администратора. Договорились о встрече, посидели в кафе и поехали на квартиру, которую я еще не успел сдать. Я девушку специально туда повез — захотелось лишний раз убедиться в женской алчности. Вы бы видели лицо этой барышни, когда мы подъехали к дому! Ну как же так? У меня такая машина, такая одежда, а живу в сарае? Когда я сообщил, что всего лишь телохранитель, в ее хорошенькой головке тут же созрел новый план: я знакомлю ее с вами, а она гарантирует мне повышение по службе, если удастся постоянно возле вас прописаться. И такой напор, такая убежденность были в ее словах — я даже растерялся! Вы уж простите, — виновато глянул он на шефа. — Пришлось сказать, что женщинами вы не интересуетесь… Она, конечно, расстроилась, но самой потрясающей была концовка: тут же предложила себя за две сотки, но на всю ночь, так как я ей очень понравился.