Навстречу счастью

Еще вас подруга из Парижа разыскивала, плакала, упоминала какого-то Артема.

«У него ведь офис в соседнем здании с торговым центром! — пронзило Тамару. В груди похолодело. — Боже мой! Артем!»

— Дима, езжай к семье. До завтра.

Оборвав разговор, она тут же набрала номер Инночки, но телефон в Париже отвечал бесконечными короткими гудками. Высадив продолжавшую охать Ольгу у дома Сумцова (с лета они перестали скрывать свои теплые отношения), только у ворот подземного гаража Тамара прекратила тщетные попытки дозвониться до подруги.

«В сложные жизненные моменты человек тянется к родным и близким», — отметила она, окинув взглядом огромный ангар, в котором почти не было свободных мест.

— Мама, ты уже знаешь? — выбежал ей навстречу сын из гостиной. — Мы же с тобой там были! — кивнул он в сторону раскрытых фотоальбомов.

На снимках башни-близнецы гордо возвышались за их спинами на фоне более низких собратьев делового центра.

— Тетя Инна звонила? — сбросив туфли, сразу потянулась она к телефонной трубке.

— Звонила, тебя спрашивала. Оказывается, ее бывший муж работает в соседнем здании, и она за него волнуется.

— Вот и я тоже. Там запросто можно случайно погибнуть! Инка не переживет, если с Артемом что-то случится.

— Но ведь они давно разошлись, — пожал плечами сын. — У тети Инны другой муж, и дядя Артем для нее — в прошлом.

— Прошлое никуда не исчезает, Сережа. Пока человек жив, оно живет вместе с ним… К тому же прошлое порой ценишь гораздо больше, чем настоящее, — прижав трубку к уху, вздохнула Тамара: снова короткие гудки.

Зазвонивший телефон прервал скорбную паузу.

— Инка?!

— Ну конечно, в первую очередь тебя волнуют твои подруги, — услышала она раздраженный голос матери. — Неужели трудно в такой час позвонить?

— Извини, мама, но я только что вернулась домой. Сережка рядом, и у нас все в порядке.

— Волнуюсь! Вот только ни тебе, ни брату нет до меня дела. Так и умру в одиночестве, стакан воды некому будет подать! — В трубке послышались всхлипывания, отчего Тамара замерла: слезы Антонина Степановна позволяла себе крайне редко. Значит, действительно переволновалась. — У Виталика все хорошо, можешь ему не звонить.

— Мама, успокойся, пожалуйста. Ни я, ни Виталик не сможем подать тебе стакан воды по телефону.