Настоящие, или У страсти на поводу

— Я тебя тоже люблю и не против такого проявления, но меня не покидает ощущение, что я чего-то не знаю.

— Тебе кажется, — ответила я, широко улыбаясь. — Мне так не хватало тебя этот год. Твоего тепла и советов.

— Обращайся, дорогая.

Рассказывать ей о том, в чём меня пытался убедить Ивар, я точно не собиралась. Завтра он придёт и сам всё увидит, своими глазами. Поймет, как был не прав.

Разговор с подругой вернул уверенность в завтрашнем дне и будущем.

Вот только ненадолго. Прошел день, ночь, в течение которой я почти не сомкнула глаз, и наступило долгожданное утро.

Никакого страха, озарения или предчувствия надвигающейся беды меня не посетило. Наоборот, проснулась я в довольно приподнятом настроении. Около десяти минут пролежала в постели, глядя в потолок и ни о чём серьёзном не думая. Это было совсем на меня не похоже. Обычно только открыв глаза, я сразу же поднималась, готовая приветствовать новый день. А сейчас было так хорошо и легко, что даже странно.

— Хороший знак, — шепнула сама себе и встала.

Горничная будто за дверью стояла. Стоило мне только подойти к зеркалу, на ходу заплетая простую косу, как она тут же вошла с неизменной улыбкой на губах.

— Доброе утро, как вам спалось?

— Спасибо, всё хорошо.

Приведя себя в порядок, я вышла из комнаты и уже собиралась спуститься вниз в столовую, как застыла у комнаты Делайн. Мне показалось, внутри раздался какой-то шум.

— Делайн? — я вежливо постучалась и застыла, ожидая ответа.

Стоило мне это произнести, как дверь неожиданно распахнулась, заставив меня отступить на полшага, и на пороге появилась взлохмаченная, возбуждённая кузина, на которой из одежды была лишь сорочка, заляпанная разноцветными пятнышками.

— Айола! Ты-то мне и нужна.

И не дав даже опомниться, девушка схватила меня за руку и втянула в комнату, громко хлопнув дверью.

— Великая Мать! — ахнула я, застывая в небольшой гостиной и оглядываясь.

"Здесь царил хаос. Подушки и покрывало с небольшого диванчика были брошены на пол, там же на полу стоял графин с водой и стаканы, их было три штуки, и они располагались весьма хаотично. Карандаши, цветные мелки и множество листов ковром устилали пол. Часть бумаги была белоснежной, часть смята неприглядными комками, большая половина изрисована набросками или небольшими портретами.

— Делайн, что здесь произошло?

— Что? — девушка обернулась и непонимающе осмотрелась.