Настоящие, или У страсти на поводу

С того самого момента, как появилась на пороге этого дома пять лет назад.

— Это всё Селина виновата, — недовольно сморщилась леди Торнтон. — Своенравная и непослушная девчонка.

Чашка жалобно звякнула, встретившись с блюдцем, когда женщина слишком сильно её опустила, уже не пытаясь скрыть досаду за манерами.

— В любом случае изменить ничего нельзя.

— Изменить можно всё, что угодно. Разводы, конечно, не приветствуются, но это не такая большая проблема, когда есть деньги и связи.

— Вы откровенны.

Но это было лишь начало.

— Сколько вы хотите за то, чтобы оставить моего сына в покое?

Надо же, подкуп. Не ожидала от неё такого.

— Вам не кажется, что слишком поздно для подобных предложений?

— Не знаю, чем вы смогли привлечь моего сына, но уверена, что это долго не продлится. У вас разное воспитание и окружение. Такие союзы с самого начала обречены на провал. Вы ему наскучите, станете тяготить и вас совсем скоро сошлют в дальнее поместье. А я могу дать вам другую жизнь. Безбедную и очень счастливую.

— А как же титул? — хмыкнула я в ответ.

— Ох, бросьте. Вы не из тех людей, которых прельщают титулы и деньги.

— Но тем не менее вы сейчас пытаетесь купить меня.

— Дать вам долгожданную свободу. Бросьте, я знаю все обстоятельства вашего брака. Знаю о бывшем женихе и скандале, который разразился в Сангориа. Вас вынудили стать женой против воли. Я могу всё изменить. Дать свободу. Жизнь вне рамок, — её голос неожиданно стал мягким, интонация уговаривающей.

Свекровь словно опутывала меня своей паутиной как злобная паучиха, пытаясь заставить делать всё по её указке.

— Заманчивое предложение, но я вынуждена отказаться.

— Глупо упускать возможность быть счастливой. Ведь это клетка не для вас, она задушит, лишит покоя и хоть какого-то шанса на счастье.

— Вы ошибаетесь, — произнесла я, поднимаясь. — И совсем меня не знаете. Так же как не знаете своего сына.

Я не забыла рассказы слуг. О том, как эта холодная женщина позволяла своему супругу издеваться над ребёнком, бить его и морить голодом.

— А мне казалось, что вы умнее, госпожа Белфор.

— Торнтон, — поправила её я. — Леди Торнтон, графиня Элкиз. Не переживайте, я тоже ошиблась на ваш счет. Мне казалось, что вы более человечны. А теперь прошу простить меня, дела. Всего доброго и приятного аппетита.