Наследник древней силы #1 - Сын слуги

Тут одно из двух: либо выбить повстанцев, либо отдать Бельск и Вызну.

— На последнее власти не согласятся. Будут давить до конца.

— Всё зависит от ситуации в стране и от отношений с УСФ. Если Вельяминов решится развязать войну с сибиряками, будет не до Волыни.

— Я вот что думаю… Если бы князья отправили в Волынь свои дружины, насколько быстро можно было бы закончить войну?

— Новгородская дружина туда не поедет. Если только галицко-волынская. Но она и так участвуют в боевых действиях.

— Что-то не видел их там.

— Не удивительно. Дружина — это тебе не армия, тем более у галичан. Человек двести-триста, может, воюет."

"— А почему из других княжеств не отправят? Какой смысл посылать умирать простых пацанов, когда есть обученные энергетики, которые разрулят ситуацию в два счёта?

— Дружина охраняет собственную землю и землю великого князя. За чужие владения воевать никто не станет.

— Дааа, — протянул я. — Видать, подыхать на чужбине — удел простонародья. Князья слишком гордые для этого.

— Ни один князь или боярин не пошлёт своих людей на убой без надобности. Если бы правительство потребовало этого, все князья сразу вышли бы из состава Союза.

— Я про то и говорю. Своими людьми дорожим. Пусть пушечным мясом другие будут, кто даже слово против не сможет сказать.

— От меня-то что хочешь? — спросил Николай. — К чему ведёшь это разговор?

— Просто подумал: что если собрать группу добровольцев? Наверняка такие найдутся? Или заплатить князьям, чтоб те отправили дружины. Это сильно упростило бы дело.

Обратно, что ли, хочешь? — насмешливо спросил Николай.

— Да ну на хрен! Просто размышляю.

— Так волнует, что там творится? Войны идут по всей земле. В Европе постоянные конфликты, я не говорю уже про какую-нибудь Африку. Нашёл, о чём думать.

— Я сам там был и всё видел. Говорят, туда опять отправили бригаду. Опять будет, как и весной. Жопа полная, в общем.

— Главное, чтоб у нас её не было.

* * *Василий Степанович очнулся утром в больничной койке в просторной индивидуально палате.

Теперь великий князь лежал весь в гипсе под обезболивающими и с дыхательной маской на лице и думал над произошедшим.