Наследник древней силы #1 - Сын слуги

Николай сидел за столом, а с широкоформатного голографического монитора на него смотрели четыре представительных господина: Станислав Юрьевич — тучный мужчина с седой коротко стриженой шевелюрой, Афанасий Павлович — обладатель длинных волос, собранных в хвостик, усов и козлиной бородки, Иван Ярославович и, разумеется, дядя Гена, который уже прилетел в Новгород и сейчас находился у себя дома.

С момента смерти отца Николай уже не первый раз общался с этими людьми, и каждый раз давалось ему это непросто. Все они были гораздо старше Николая и смотрели на него сверху вниз, как на сопливого юнца, ничего не смыслящего в делах семейных.

И всё же именно Николай теперь был председателем совета, теперь ему предстояло руководить этими людьми, и он твёрдо решил, что не позволит собой манипулировать и не прогнётся ни перед кем: ни перед Голицыными, ни под Борецкими, ни перед своими дядьями и прочей роднёй.

Сейчас Николай собрал совет, чтобы поставить родственников в известность назревающего конфликта с великим князем.

— Так значит, ты ещё и с Борецкими рассорился? — укорил его Иван Ярославович, узнав о случившемся. — Извини, Николай, но что надо иметь в голове вместо мозгов, чтоб пойти на конфликт с собственным великим князем?

— А я должен был пустить его? — сдержанным тоном поинтересовался Николай. — Он не имел права заявляться ко мне с дружиной и подобными требованиями. А я имею право не пускать его на свою частную территорию, и я никому не позволю забирать среди бела дня членов моей семьи и устраивать над ними самосуд.

Если у Борецкого есть претензии, пусть подаёт в общесоюзный суд. Там и определят, виновен Артём или нет. А позволить другим на твоей земле хозяйничать — это называется себя не уважать. Так что извините, Иван Ярославович, но тут вы не правы.

— Вражда с великими князьями — нехорошее дело, — медленно проговорил тучный Станислав Юрьевич. — Мириться надо. Этот Артём… мы даже не знаем его. Кто он такой? Он предан семье? Стоит ради него рисковать? Или он завтра получит наследство и поминай как звали, а мы останемся у разбитого корыта?

— Вот и я про то же, — поддакнул Иван Ярославович.

 — Приняли в род какого-то слугу, который даже вести себя не умеет должным образом, а теперь его проблемы разгребаем? Мало того, что ты, Николай, подставил семью под удар, когда отказался продать завод, так ещё и покровительства великого князя мы лишились. А всё — из-за твоего сумасбродства.

— Что значит, «какой-то слуга»? Артём — член семьи, — напомнил Николай.