Насильно твоя-2

Я шкурой чувствовала — он меня ненавидит, хотя не понимала за что. За «украденное» агентство?

— Это отступные, — не стала я лгать. — Мы разводимся… Эмиль мой опекун, про «Парус» лучше говорить с ним.

Он хищно прищурился и во рту пересохло.

— Ты его шлюха, — сказал он. — Когда шлюха перестает быть нужной, ее продают. Почему с тобой не так?

У меня екнуло сердце. Илья не оскорблял — он резюмировал. Его всерьез интересовало, почему Эмиль не продал меня, когда я наскучила, а развелся и одарил. Ну что же… даже рабынь иногда освобождают.

— Не знаю, — я опустила глаза. — Спросите у Эмиля. Он ничего не рассказывал… Я просто была его женой!

— Ты его обслуживала?

У меня возникло чувство, что я говорю с дьяволом: подтекст, мысли, нормальные люди так себя не ведут. Андрей предупреждал: эти люди хуже, чем все, которых я встречала.

— Да, — соврала я.

— Крепкая, — заметил он, а меня начало трясти.

В последнем слове был интерес. Крепкая, как лошадь. Замечательная рабочая характеристика для борделя.

Осторожнее, Дина.

Пальцы сжались на подлокотниках до ломоты. Пока я им нужна, напомнила я себе. Наши с Эмилем подписи действительны только вместе. Надо только продержаться до вечера…

За дверью раздался шум, и она отлетела в стену с треском.

Я обернулась, вцепившись в спинку стула. В проеме было видно только силуэт, но это не Эмиль — фигура легче и ниже. Он вошел в комнату и я узнала Андрея. И так недоброе лицо было еще мрачнее из-за паралича.

— Какого хрена ты ее притащил? — прорычал он.

Илья подозрительно прищурился.

— Тебе-то что?

— Это моя девушка, — Андрей говорил без агрессии, но тяжелым тоном.

— Кто? Сучка Каца? — он рассмеялся. — Ее отдали Кацу, как она оказалась у тебя? За долги?

Я перестала дышать, в страхе открыв рот.

Он знает.

Знает, что было в подвале, иначе бы так не сказал. Только узкий круг в курсе про долг и что меня «отдали». Подарили ему, моему мужу.

— Не лезь не в свое дело, Илья."

"Несколько секунд они ели друг друга глазами. Бешеный взгляд искал уязвимость, но Андрей так и не снял руку с оружия, и спокойно его выдержал.

— Ладно, бабам полезно, — наконец, глухо сказал Илья. — Я сначала не понял, почему он развелся, а она не сказала. Извини, брат. Не знал, что твоя. Давай решать, что делать с Кацем.

Я тихо выдохнула и с облегчением закрыла глаза.