Наследие некроманта

У него есть все — женщины, мальчики, золото, власть, здоровая жизнь и доступны вообще любые возможные услады и развлечения. Ему не нужны кинжалы.

— Но зачем тогда Повелителю это надо, господин? Иль я чего не понимаю?

— И опять ты произнес верное слово, друг мой. Повелитель… а что, если лорд Ван Ферсис и не Повелитель вовсе? Что, если он такой же слуга на побегушках, только чуть более высокого ранга, чем Ситас и Квинтес? И сейчас настоящий Повелитель уже не в силах больше ждать и начал проявлять свой гнев, заставляя лорда Ван Ферсис торопиться и совершать ошибки.

— К-как? — ошеломленно затряс головой Древин. — Как слуга? Кому же может служить целый лорд?

— Как кому? — прищурился я. — Королю, конечно же. Вернее, младшему брату Императора, принцу Тарису Санти.

Лавка с грохотом опрокинулась вместе с ошарашенно застывшим на ней гномом, когда Древин вскочил на ноги и, брызгая слюной, заорал:

— Что?! Господин! Тарис Некромант мертв и заключен в гробницу из камня крови! От него и костей-то уже не осталось, небось!

— Тише! Чего разорался?! — зашипел я.

— Очень… очень захватывающая история, друг Корис, — донесся из-под стола голос гнома.

Пока лавку и ворчащего Койна водворяли на место, Древин несколько пришел в себя и уже более спокойным голосом повторил свой вопрос:

— Господин, с чего вы взяли, что Тарис жив? Он мертв, и его тело давно гниет в гробнице.

— В гробнице? А может, лучше сказать — темнице? К тому же я очень сильно сомневаюсь, что Тарис жив.

— Но…

— Древин, а те мертвяки, что вчера атаковали наше поселение, — разве они живы? Это гниющий труп, но тем не менее он ходит, видит и выполняет приказы. Вот и Тарис, скорей всего, давно уже не человек, а нечто среднее между мертвяком и духом. Но это лишь мои предположения.

— Глупые предположения, господин! — отрубил Древин. — Быть такого не может!

— Знаешь, я тоже не верил, что такие твари, как костяные пауки, могут существовать — до тех пор, пока не столкнулся с ними вживую.

— Вот! Сами же говорите — после его смерти!

— После смерти его тела, — поправился я. — Древин, пусть это всего лишь догадка, но она подтверждается.